Все имена и фамилии в повествовании вымышлены, любые совпадения в событиях случайны
Первая часть рассказа здесь
Вторая часть рассказа здесь
Глава 7
Забирать Константина из госпиталя приехал Эрик.
- Значит так, Костя. Сейчас я тебя отвезу в перевалочный лагерь. Там пройдешь проверку, переучишься на немецкую технику. И ко мне. Ни за что не переживай. Я лично за тебя поручился.
«И здесь он оказался верным другом. Что с ним будет, когда я убегу отсюда? Предложить лететь со мной? Но моё поручительство там не стоит и гроша. Уцелеть бы самому. Ну, что ж, сам предложил. Ему виднее».
Констатин никак не мог привыкнуть к ненавистной фашистской униформе. Казалось, чешется все тело, и хотелось принять горячий душ. Завтра принимать самолет.
«Мессершмитт» оказался самой первой модели. Уже устаревший. И изрядно потрепанный. Но, машина хорошая. Умеют делать. Понятно, что наши фанерные «Ишачки» были для них семечками.
Эрик ходил подавленный. На боевые задания их, явно, не хотели выпускать. Разрешались только разведывательные полеты. Это же русские, а от них можно ждать любой подвох. Иногда Эрик вылетал с кем ни будь в паре . Ему пока доверяли и боевые вылеты.
Наконец, полеты прекратились совсем. Пятый месяц Костя болтался по аэродрому. То на хозработы, то ремонтировали до предела изношенные самолёты. Личный состав начали потихоньку выдергивать, и отправлять пехотинцами на восточный фронт. Участились случаи повального пьянства, за что в назидание другим расстреляли десяток провинившихся. Люди роптали. Прошел слух, что ВВС РОА расформируют совсем. «Благонадежные» отправятся воевать за «Великую Германию», остальные, бывшие Герои Советского Союза, и орденоносцы отправятся в лагеря для военнопленных. Значит, не всё ладно в «королевстве Германском».
В ангар где находился Костя, пришел взволнованный Эрик. – Собирайся, Костя. Через час летим на разведку. Это твой первый и последний шанс. Доверяют тебе мало, потому летишь без боезапаса, без парашюта, и с минимумом топлива. При любой твоей попытке бежать, приказ бить тебя на поражение. Решайся. Сбивать я тебя, конечно, не буду. Расстреляю боезапас, и скажу, что уничтожил перебежчика. Тем более, летим в режиме радиомолчания. Узнают не сразу. Выкручюсь. Что будет с тобой – думать не хочется.
- Да решать тут нечего. – сказал Костя. Давай прощаться. Друзья крепко обнялись.
Внизу линия фронта. Вокруг самолетов появились дымные шары разрывов зенитных снарядов. – Сейчас свои влепят, и поминай, как звали. – подумал Костя.
Эрик покачал крыльями и со снижением пошел вглубь Советской территории. «Вот же педант чертов. Задание все равно выполнит. Немчура, одним словом», – с теплотой помянул друга Константин.
Константин довернул «Мессер» вправо. И увидел пару «Яков» заходивших ему в хвост. – Пронеси, господи! – Костя со страхом смотрел, как в крыльях появляются рваные пробоины. Затем, очередь простучала по фюзеляжу. «Яки» пронеслись мимо, и пошли на разворот. Сжав волю в кулак, Костя летел прямо, не делая никаких маневров. Видя такую покорность, они подошли вплотную, и пристроились по бокам «Мессершмитта». Пилот одного из них показал большим пальцем вниз. Костя кивнул головой, и пошел на снижение. У самой земли мотор несколько раз чихнул и заглох.
Пробежав метров триста самолет остановился. К нему бежали красноармейцы с молодым лейтенантом во главе. Костя открыл фонарь кабины, спрыгнул на землю. Лейтенант хотел сказать «Хенде хох», но увидел на Костином рукаве шеврон РОА. Удар в челюсть свалил его на землю. Били Костю долго. Били прикладами и ногами. И убили бы. Спасли его два подъехавших на «Виллисе» СМЕРШевца.
Очнулся Костя в сыром, темном подвале. Болело все тело. Разбитые губы не шевелились. «Встретила родина, ничего не скажешь! А что. собственно, можно было ожидать? Предатель я для них, и этим сказано все». Лязгнул замок. «Арестованный! На допрос!» - рявкнул надзиратель.
В кабинете сидел пухлощекий следователь в пенсне. Костя сразу узнал его.
- Ну, здравствуйте, Константин Дмитриевич! С прибытием! – ехидно заблажил он. – Я знал, что с дружком своим вы, одного поля ягодка! Шлепнул бы тебя еще тогда, да заступники у тебя «на верху» хорошие оказались. – Будем говорить? Костя молчал. - Сволочь! – заорал следователь. Хлесткий удар сзади, свалил Костю на пол. Двое дюжих детин подняли его, и снова усадили на стул. Подписывать будешь? – Он протянул ему бумагу. - "А впрочем, кому это надо. Трибунал тоже разбираться не станет. Работы у них невпроворот. К стене поставят, и вся недолга. "
– Увести!
На столе у моложавого подполковника, председателя суда, лежала груда папок с красным штампом на титульном листе – "расстрелять". Видимо. и впрямь, работы у Трибунала было выше крыши. Подполковник бегло читал «Дело» майора Богачевского. «Такого «гуся» мне ещё не попадалось» - подумал председатель. «Смотри ты! Два ордена заработал, а поди ж ты, предатель. Может тут что-то нечисто?» Рука с красным штампом потянулась назад. Ввели Богачевского. Неожиданно для самого себя, подполковник монотонно произнес: «За измену Родине, майора Богачевского приговорить к пятнадцати годам лагерей." " Мало ли? Такие и Сталину напишут. Пусть другие разбираются,"- подумал подполковник.
Состав прибыл на глухую станцию под Магаданом, глубокой ночью. Моросил мелкий, холодный дождь. «Этап», около часа продержали на «корточках» на холодном ветру и под дождем. Костя из подлобья осматривал конвойных. «Десять человек. Ишь ты! С автоматами! На фронте винтовочки, а здесь – «полный пансион! Бежать нереально. Изрешетят, и отчитаются – при попытке к бегству. Пять собак. Порвут, и патроны тратить не надо. Куда ни кинь…»
Ссутулившиеся, замерзшие люди брели в липкой грязи, местами проваливаясь в лужи по колено, скользили, падали. Их поднимали, и они снова шли, шли, шли. Впереди ещё пятнадцать километров бесконечного пути в один конец.
Глава 8
- Или сейчас, или никогда. Если упасть, и не подниматься, может получиться. Все равно, хуже не будет. Уже некуда. Костя решился. Собрав всю волю в кулак, и стиснув зубы, он плашмя упал в грязь. Кто-то обходил его, кто-то наступал, спотыкался, грязно выругавшись, и шел дальше. Его пытались поднять, но он не вставал, и его оставили в покое. Колонна прошла. Остался лежать затоптанный в грязь Константин.
- Всем стоять! – заорал конвойный, и дал очередь поверх голов. Заключенные попадали коленями в грязь. Двое из конвоиров подбежали к Косте. Он лежал не шевелясь. – Окочурился, что ли? - И ударил его сапогом под ребро. Костя чуть не задохнулся от боли, но не пошевелился.
- Кажись и вправду сомлел, доходяга! – ответил ему второй, и еще раз прикладом ударил Константина.
- Чаво делать будем?
- Ды, оттащим в кусты, до утра полежит. Никуда не денется. Завтра полуторкой заберут, да сактируют. Чего с ним валандаться? Для порядка, еще приложившись сапогами к Костиным бокам, его оттащили за ноги, и бросили в придорожную канаву.
Утром в канаве никого не было. Зек Богачевский бесследно исчез. Попытки найти сбежавшего опасного преступника ни к чему не привели. А Костя отлеживался и набирался сил на глухой, таежной заимке у одинокого отшельника, штабс-капитана царской армии. Пути господни неисповедимы.
В конце сорок четвертого года в городе Энск появилась крупная банда, промышлявшая грабежами ювелирных магазинов, сберкасс, продовольственных и промтоварных складов. Действовали дерзко, организованно, под видом военнослужащих или милиции. Тщательно продуманные действия приносили успех и неуловимость банды. Нападали даже в форме Вермахта, сея панику, и наводя ужас на жителей. Сыщики сбились с ног, пытаясь обезвредить налетчиков, но близко подобраться к банде не могли. Высказывались предположения, что ей руководит бывший фронтовик, а то и действующий армейский офицер – штабист. К поискам подключился СМЕРШ. Военные и милицейские патрули попадались на каждом шагу. Но, ограбление происходило там, где его ждали меньше всего. Переполошился организованный преступный мир. Отмороженная банда вносила сумятицу в установившийся между группировками паритет. Ничего не знали и многочисленные сексоты. К делу подключили МУР. Особенностью банды было то, что при ограблениях не был убит ни один человек. Сторожей, ВОХРовцев, находили связанными, или усыпленными.
Через воров в законе, и «смотрящих» была запущена дезинформация, что на базу «Ювелирторга» привезут большую партию золотых украшений. Операция по поимке банды готовилась тщательно, и в большом секрете. Продуманно все до мелочей. Даже в единственном месте, где был возможен прорыв, поставили замаскированный пулемет. Ждали до утра. Ограбление произошло на другом конце города. Взяли сберкассу с зарплатой для большого завода.
Костя тщательно подбирал себе людей. Фронтовики, списанные по состоянию здоровья, и чем-то обиженные властью, кадровые офицеры-тыловики из бывших военспецов, и так и не смирившиеся с большевиками, сбежавшие из лагерей военные всех рангов, по глупости особистов тянувшие огромные сроки. Отряд из сотни человек, но организованный по образцу воинской части. Штаб, разведка, контрразведка, снабжение, ударная группа, группа прикрытия. И строгая воинская дисциплина.
- Значит так. Даю вводную. Первое. Власть уверена, «Ювелирторг» мы трогать не станем. Раз не полезли первый раз, значит, что-то пронюхали, и знают, база пуста. Это их ошибка. Брать будем. Второе. Одновременно берем базу промторга на другом конце города. Вот здесь. – Константин ткнул пальцем в карту. Этим самым мы распыляем их силы, в случае провала обоих операций. Отбиться будет легче. Операцию назначаю на воскресенье. Четыре ноль ноль. План «Барбаросса» - усмехнулся Костя. Теперь подробности. Прошу всех поближе. Подробности прорабатывали до самого вечера, не упуская мельчайших деталей.
«Прокол» случился там, где его никто не ждал.
СМЕРШ «шерстил воинские части наугад, надеясь найти хоть малейшую зацепочку. «Кто ищет, тот всегда найдет» Нашли. В интендантской службе одной из частей, обнаружили документы на несуществующий в штате легковой автомобиль. Дальше – больше. На ближайшую субботу нашлась разнарядка на четыре грузовых автомобиля, для доставки несуществующего груза в несуществующую воинскую часть, в вечернее время. Объяснить ситуацию начальник интендантской службы не смог. На жестком допросе в подвале СМЕРШа он «поплыл». Доклад срочно ушел в Москву.
На разработку тщательной контроперации времени не оставалось. Решили уничтожить банду на месте сбора. Если кто уйдет по единственной дороге на автомобиле, их будут ждать четыре пикета с сорокапятимиллиметровыми пушками.
Пункт сбора находился в заброшенной церкви на окраине города Энска. С пятницы, что бы не вызывать подозрений, в близлежащих перелесках и рощах скрытно маскировались подразделения НКВД и милиции. Установили два миномета, и четыре прожектора.
В субботу вечером, к церкви подъехали четыре военных ЗиС-5. Там уже стоял трофейный «Опель-капитан» Богачевского. В два часа ночи из подземелий старой церкви стали выходить до зубов вооруженные люди в красноармейской форме. Началась погрузка в грузовики. В этот момент вспыхнули прожекторы, заливая площадку голубым светом, и из засады по ним открыли ураганную стрельбу. Люди падали как подкошенные. Кто-то попытался стрелять в ответ, но в этот момент на площадке стали рваться мины. Через пять минут все было кончено. Один грузовик попытался прорваться, но его через двести метров остановил снаряд пушки. Только двоих раненых забрали в НКВД. Банда прекратила свое существование. Среди убитых, раненые не опознали своего главаря. Константин Богачевский бесследно исчез. Его искали долго, но так и не нашли.
В тысяча девятьсот семидесятом году, в КГБ попала Американская газета из штата Теннеси. На последней странице был напечатана заметка о встрече ветеранов Второй мировой войны с фотографией двух пожилых, улыбающихся людей. Мистер Эрих Меттль и мистер Константин Богачевский вспоминают свои боевые будни.
В этот день в далекой России в больнице умирала жена мистера Богаческого, отсидевшая девять лет в северных лагерях, и заболевшая там туберкулезом.
Уважаемые подписчики и читатели!
Благодарю Вас за то, что читаете рассказы, комментируете, а также за отметки " мне нравится"
Канал "Стэфановна" предлагает Вашему вниманию цикл рассказов на патриотические темы.
Рассказ бывалого шофера-4 или серьезные и курьезные случаи на службе в Ахтырке
Доброго вам здоровья, удачи и всех благ.
С уважением, Стэфановна