12 февраля исполняется 121 год со дня рождения В.И. Чуйкова, маршала, дважды Героя Советского Союза и героя Сталинграда.
Валентина, жена Василия Ивановича, рассказывала, что однажды, в редкий приезд мужа с фронта, тихо подошла сзади, хотела обнять, прижаться… очнулась она на полу, в лицо ей смотрел ствол пистолета, а муж, страдальчески кривя губы, кричал: «Я же говорил, нельзя подходить сзади и неслышно, неожиданно – так делает враг!» Можно посочувствовать жене – вот что вытворяет с мужиком война! А можно сказать: не будь он таким – всегда готовым – не дошёл бы он до Берлина от Сталинграда.
Чуйков воюет с 19 лет, четырежды ранен, хромает, ходит с палочкой, но именно он отправлен в Сталинград. Почему-то его невзлюбил член Военного совета Хрущёв – не он ли пустил слух о том, что Чуйков барин, чистюля, ходит в белых перчатках и с тросточкой! А у Василия Ивановича чудовищная экзема, руки бинтовали ежедневно – такие страшные язвы.
Первое, что он сделал, переправившись через Волгу к прижатым к воде частям – обошёл передовую и приказал расстрелять командира полка и комиссара, двух командиров бригад и тоже с комиссарами за трусость - они отвели свои командные пункты в тыл, и сразу приказ по частям: здесь стоят насмерть все, и он тоже. Подтянули из глубины к переднему краю штабы – Чуйков настаивал, что бойцы в этих условиях должны постоянно видеть своих командиров, понимать, что они не брошены на произвол судьбы. Он и сам постоянно бывал на передовой. Войска должны чувствовать, что их командир с ними. Понимать, что он не прячется за их спины, за их жизни, их кровь и боль. Да, из штабного бункера, куда стекается много всякой полезной информации, можно командовать лучше. Но есть ситуации, когда командир должен быть рядом с бойцом.
Остановить немцев, просто забившись в развалины, было невозможно – наших в несколько раз меньше. И Чуйков выдумывает: у немцев неизмеримо больше самолётов и артиллерии – он приказывает передвинуть передовую максимально близко к немцам – на 50 метров, а иногда вплотную, и получает рапорт одного из командиров: «На левом фланге я на 1 этаже, немец на 3-ем, атакую снизу вверх, а на правом фланге наоборот, сверху вниз!» Чуйков отвечает: «Молодец, зато тебя бомбить не будут, а так, морда к морде, мы в кулачном бою всегда сильнее!»
Именно он приказал создавать штурмовые группы и сам писал боевые листовки: «В немецкое укрепление входите вдвоём: ты и граната! Граната первая, ты второй! Граната – без рубашки, ты – без вещмешка!» В штурмовую группу входили стрелки, пулемётчик или снайпер, сапёры – они получали гранат и взрывчатки, сколько могли унести.
Именно Чуйков оценил ту роль, которую могут сыграть в городских боях снайперы, и всячески развивал снайперство в частях.
А солдат знал про Чуйкова ещё и другое: Василий Иванович добился, чтобы в более-менее безопасных местах были развёрнуты постоянные кухни и бани, и солдат мог хоть на час отдохнуть от боя, помыться, да с веничком! Настоящий командир помнит и о таких малых, но дорогих мелочах.
Наверно, всё вместе это и помогло нашим солдатам выстоять и погнать немцев.
Единственный из полководцев В.И. Чуйков награждён тремя орденами Суворова І степени, но Василий Иванович получил от жизни самую лучшую награду: не орден, не звание – 2 мая 1945 года последний командующий обороной Берлина генерал Вейдлинг на командном пункте генерала Чуйкова подписал капитуляцию берлинского гарнизона! Сталинградец дошёл до Берлина!
А вот похоронить себя он завещал там, где он должен был умереть осенью 1942 года, если бы он и его бойцы не выдержали атак немцев – на Мамаевом кургане в Сталинграде..