Проведя бессонную ночь, Макс решил, что единственное правильное решение — это поговорить с девушкой и рассказать ей правду. Он понимал, как глупо это будет звучать со стороны, но другого выхода из ситуации не видел.
Понимаешь, Эв, я ревновал тебя ко всем и на тебе же за это отыгрывался. Хотя ты никогда не давала повода. Я вёл себя как пятнадцатилетний подросток; вместо того, чтобы поговорить, я злился и обижал тебя. Мы не были вместе, нет… но я очень хотел этого.
Глупо.
Если подумать, он вообще не имел право на ревность.
В четвёртом часу ночи, когда Макс начал забываться тревожным сном, его айфон коротко завибрировал. Уверенный в том, что это он — человек, похитивший Эвелину, — Макс в первый момент не понял, кто такая Женя, и почему она ему пишет. Буквально через пару секунд до него дошло: бывшая.
Макс, давай попробуем ещё раз. Мне тебя очень не хватает. Я очень скучаю по тебе.
Глупо.
Макс прочитал сообщение, но отвечать ничего не стал, не видел в этом смысла. Он миллион раз говорил ей «нет», но толку от этого было чуть. Чем этот раз будет отличаться от других? Ничем.
Утром Эвелина выглядела не намного лучше Макса: воспалённые от бессонной ночи глаза, тёмные круги, усталый взгляд. И безнадежность в нём. Смирение. Готовность признать своё поражение.
— Нам надо поговорить, — сказал он ей. Эвелина бросила на него быстрый взгляд.
— О чём?
— О нас.
Ещё один взгляд. У Макса болезненно сжалось сердце от нехорошего предчувствия. Он смог сказать Жене, глядя ей в глаза «ты мне не нужна», но он не мог заставить себя поговорить с Эвелиной, не мог заставить себя сказать ей: ты мне нужна.
Им пришлось замолчать, потому что на кухню вышли родители. Макс сел напротив Эвелины и подвинул ей стакан апельсинового сока. Он не заметил взгляды, какими обменялись родители. Но, даже если бы заметил, всё равно не понял, что эти взгляды означают.
— Раньше ты любила апельсиновый сок, — сказал он Эвелине. Она улыбнулась ему, подвинула к себе стакан с соком, но проигнорировала бутерброд.
— Тебе надо поесть, — сказал Макс, — не дури. Ты вообще ничего не ешь.
— Не хочу.
— Надо, — она подняла на него глаза. В них появилось уже знакомое ему упрямое выражение: отвали от меня, если не понял, могу повторить по слогам, от-ва-ли.
— Надо, — повторил Макс и посмотрел на отца, — папа, скажи хоть ты ей, — он перевел взгляд на Лиду, — блин, вы вообще в курсе, что с ней происходит? Лида! Заставь её поесть!
— Я поем, — быстро сказала Эвелина, — всё в порядке, Макс, правда. Я поем.
Лида посмотрела на дочь. Эвелина явно не хотела есть, но послушалась Макса, взяла бутерброд и начала его вяло жевать. Лида перевела взгляд на мужа, потом посмотрела на Макса. В тот момент парень и не подозревал, сколько тревоги и заботы было в его взгляде. Он продолжал смотреть на Эвелину, она чувствовала это, но смотрела перед собой, никак не реагируя на него.
— Как насчёт того, чтобы съездить в ресторан? — спросил Рома, но Макс понял, что это не вопрос. И не предложение. Это то, от чего не получится отказаться. Макс посмотрел на Эвелину. У неё это предложение тоже не вызвало особого восторга.
— Это обязательно? — спросила она. Рома кивнул. Эвелина посмотрела на маму. Лида тоже кивнула и улыбнулась дочери.
— Мы очень мало времени проводим вместе, — сказал Рома.
— Но и нам уже не десять лет, — ответил Макс, — меня вполне устраивает… всё.
— И меня, — поддержала его Эвелина.
И всё же они поехали. И дело было даже не в том, что им не оставили выбора, выбор был всегда. Они поехали, потому что…
Потому что так надо было.
Они сели на заднее сиденье, и Макс тут же взял девушку за руку. Легонько сжал её холодные пальцы. Эвелина на это никак не отреагировала.
— Странно, что ты пила вчера шампанское, — негромко сказал он, не глядя на девушку.
— Да? — она тоже не смотрела на него, — почему же? Что странного в том, чтобы выпить немного шампанского?
— Бутылку шампанского.
— Не услышала ответ. Что в этом странного?
Теперь он узнал в этой бледной девушке свою сестру: упрямая,
упертая
слегка высокомерная, привыкшая командовать, но не подчиняться. Только не подчиняться.
— Макс? — во взгляде проявилось недовольство. Оно же звучало в голосе. Он улыбнулся.
с возвращением
— Я тебя сейчас ударю, — шепотом сообщила она брату и легонько ткнула его кулаком в бедро.
— Ты предпочитала вино. Раньше.
— Серьезно? Раньше?
— До… того, как ты… исчезла.
Эвелина немного помолчала.
— Ох, Макс, извини, — она говорила совершенно серьезно, — не хотела тебе об этом напоминать. Макс, ты тут не при чем. Правда. Не вини себя, ладно?
Он кивнул, и они посмотрели друг на друга. Каждый из них пытался понять, что означает взгляд другого.
Люблю тебя, — сказал Макс одними губами, и она улыбнулась, но не стала возвращать ему признание, просто молча отвернулась к окну… вложив свою ладонь в его.
Макс поднял глаза к зеркалу заднего вида в тот момент, когда наблюдавший за ними Рома отвел взгляд в сторону.
он видел как я признался ей в любви?
Макс вдруг понял, что его это нисколько не волнует.
(продолжение 👇)
_______________________________________
Ссылка на подборку «По ту сторону отношений»