-Кто у нас тут солёненького хотел?! Вот муж принес, всё по вашему заказу, - сказала Любовь Михайловна, когда санитарка поставила тяжёлый пакет посреди палаты.
Банка соленой помидоры, банка маринованных огурцов и две копченые скумбрии-набор для беременных. Можно было так подумать, если бы женщины этой палаты были детородного возраста. Пятьдесят с хвостиком, а хвостик, как у анаконды. Да и хирургическое отделение онкологического центра сомнительное место для беременных.
-Мне соленая помидора уже ночью сниться!Дайте скорее открывалку, - суетилась одна из сопалатниц.
Другая стала разделывать рыбу, остальные- глотать слюни в ожидании. Все поддвигались к столу, и только Любовь Михайловна сидела на своей кровати, приговаривая:
-Ешьте, девчонки, на здоровье!
-А вы чего? Муж старался. Любит, наверное, вас, раз с другого берега вмиг примчался, - не то спрашивая, не то констатируя факт, сказала Наташа, жуя хвост рыбы.
Любовь Михайловна, усмехнувшись, с грустью сказала:
-Наверное, любит, если до сих пор не ушёл.Я ведь вышла за него замуж назло.
Прочитав в наших глазах недоумение, она начала рассказ о своей жизни.
Я родилась в городе, здесь же училась в институте. Две мои прдружки жили в общежитии. С ними в комнате жила еще одна девушка Таня. По какай причине они её не взлюбили, сейчас уж и не вспомню.
Тане нравился парень, старшекурсник. И у них что-то уже наклёвывалось. Не то жалея парня, не то от зависти решили они им помешать. И вроде, они здесь ни при чем, попросили меня соблазнить кавалера. Подружки считали, что я подхожу для этой роли: красивая, высокая, стройная и с тугой косой до пояса- загляденье для мужских глаз. Пригласили меня к ним в общежитие на танцы. Я пошла. Зачем? Сама себе не могу ответить. Только план их сработал. Миша, так звали парня, обратил на меня внимание. Пригласил на танец, разговорились. Провожал в тот вечер он уже меня. Не скажу, что он меня зацепил. Приятный, спортивный, ухаживал красиво, но НЕ МОЁ.
Встречались мы месяца два. Обращался со мной как с хрустальной вазой. Но мне всё не то и не так! Эти отношения меня напрягали. Ничего ему не сказав, я на всё лето уехала к родственникам в Казань. Миша искал меня, не понимая, куда и почему я пропала.
В сентябре мы встретились в институте, правда глазами. Он все понял, даже подходить не стал. Да и рядом с ним была Таня. По сути, своим внезапным уездом, я их сама благославила, но червячок внутри сверлил.
Подруги мои были одержимы мыслью навредить Тане. Пытались Мише внушить, что не стоит связывать свою жизнь с человеком, которого не любишь.
-Вот если бы сейчас вернулась к тебе Люба, ты бы с лёгкостью бросил Таньку, - подначивали они Михаила.
-Нет, снаряд в одну воронку два раза не падает, - твердо ответил он.
"Не падает, говоришь?!" - подумала я, когда мне передали разговор с Мишей. А вслух спросила:
-Когда в общаге танцы намечаются?
На танцы я собиралась очень тщательно, даже губы подкрасила, хотя никогда этого не делала.
Я зашла в зал, когда он кружился с Таней в вальсе. Применив весь женский арсенал соблазнений, я привлекла его внимание.Краем глаза я видела, как он смотрит на меня. Я тоже посмотрела на него, вложив в этот взгляд и сожаление, и тоску, и любовь, которой не было. Он оставил Татьяну, взял меня за руку, и мы через весь зал пошли к выходу. Вслед я услышала проклятье плачущей Тани:
- Не будет вам счастья!
В этот же день мы приняли решение расписаться, без свадьбы, почти тайно. Родители не одобрили бы мой брак с русским, я же татарка. Сразу после росписи уехали на Черное море, в медовый месяц.
Я надеялась его полюбить, ведь он во всех планах положительный. Заботливый, работящий, весёлый, да ещё первый гармонист. Мечта любой женщины. Нас на все свадьбы приглашали. Он играл, я пела.
-Какая пара! - с завистью говорили люди. А я ночи боялась: как представлю его ласки, плакать хочется. Мне 63 года, а я не знаю, что такое любовь. Вот говорят: "Стерпится-слюбится." Не слюбилось! Может, по тому, что всю жизнь в ушах стоят слова : не будет вам счастья!
Двоих детей как-то родили. Мне даже жалко его стало:хороший мужик заслуживает быть счастливым. Я ему предлагала:
-Найди себе женщину, встречайся! Я слова тебе не скажу. Ты не живешь со мной, а мучаешься.
-Не говори ерунды, никто мне не нужен,- обижаясь, твердил муж.
У детей тоже жизнь не сложилась. Дочь, умница, красавица. Медицинский институт закончила, работа престижная, а вот в любви не везёт. Ей уже 36 лет. Сын, младший ребенок, женился. Двоих детей родили. В один момент сноха забрала детей и с любовником уехала в другой город. Сначала не разрешала с внуками видеться, хотя я их помогала ей растить с пелёнок. Как я переживала за внуков, за сына! Думаю, что рак меня начал жрать из-за этого. Теперь сноха зовет меня к себе, с внуками заниматься. Сын любит до сих пор ее. Живет бобылем.
Нет счастья ни нам с Мишей, ни нашим детям, как и пророчила Татьяна.
Любовь Михайловна замолчала, и такая тишина повисла в палате. Её прервала грустная песня, которую затянула еще одна сопалатница Лидия Ивановна. Каждая мысленно прокручивала эту историю, жизненную, непридуманную. Живем, будто черновик пишем.
Так и сидели мы молча под заунывную песню, а запах копченой рыбы уже вырвался из палаты и сводил с ума других больных.
