Посмотрел выпуск ещенепознер, посвященный столетию Александра Шмемана. 2 часа прошли как минута! Прежде всего, хочется сказать спасибо отцам-участникам беседы. Любимая цитата из всего разговора: " я думаю, если бы отец Александр дожил бы до нашего времени он бы его просто проклял!") .Так же хочу выразить свою солидарность с отцом Мещериновым: слово "счастье" в нашем нынешнем понимании не применимо (на мой взгляд) ни к одному из библейских персонажей. Беседа имела высочайший философский градус - градусов как минимум 40...- надо бы сказать, я со всеми высказываниями совершенно согласен - да и выпуск сам по себе всколыхнул во мне былое: именно со Шмемана начался (в 2009, в декабре) тот этап в котором я пребываю до сих пор: этап переосмысления, а затем (что важнее) переосмысление переосмысления. Я всю передачу задавал себе вопрос: а что сейчас я бы счел главным и самым важным в наследии отца Александра? Как я сейчас к нему отношусь? Не разочаровался ли я? К концу экранного застолья я сформулировал: Шмеман был человеком высочайшей духовной глубины (именно так) , но я хочу его любить не за это: а за уникальный уют его дневников; ведь они не просто мудрые, они обладают чрезвычайным седативным эффектом и в непознере это несколько раз подчеркивается: "лег на диванчике с сигаретой и книгой Агаты Кристи" "описывает ёлку в нью-йорке " и тд " . Да-да! меня именно это всегда и манило и озадачивало: Шмеман жил в Нью-Йорке 70ых! Сама по себе эта эпоха и место очень яркие, но даже этим мегаполисом его жизнь не ограничивалась - он не раз летал на Аляску и в Мексику; постоянные записи об ужинах где-то и с кем-то, рассказы о поездке на канадскую (не путать с канатчиковой) дачу. Человек жил полной, яркой, и как мне кажется уютной жизнью. И здесь камень преткновения Я полагаю, что литургия тоже была частью этого его органичного уюта. При всей его эрудиции и "вольнодумстве" - есть черта, за которую он не шел, боясь потерять мир в душе. Не хочу чтобы эти мои строки прочитали в духе "буржуям все всласть" - это не обвинение - это его достоинство, но это достоинство обеспечено именно социальным и географическим положением! Мы должны (я должен) четко осознать, что его религиозность - это проявление человека живущего в страте успешных людей Америки 70х, и она радикально иная , чем ощущение веры и бога у уставшей женщины лет 50 из Мурманской области, уставшей настолько что ее изнеможденность превратилась в злобу. И здесь я сам себе задаю вопрос: посели отца Алексадра со всем багажом его знаний и духовной интуиции не в хиппи эпоху на западе, а в Саратов в 2021 году - были бы его мысли и его дневники столь глубоки и пронзительны? Мне кажется(!), что нет. Но в этом и беда - решительно ни про кого из святых отцов мы не знаем пожил ли он хоть немного свою жизнь или нет. Я настаиваю на такой модальности - именно не знаем: любил ли Иоанн Лествичник какую-либо женщину, которую считал прекрасной? зачитывался ли светскими книгами? сидел ли при свете фонаря и тишине ночи с друзьями душа в душу? Не знаем. Всё, что мы о нем знаем - это "если женщина потеряет стыд, то никто не спасется" (лествица 15.72). И от этого становится некомфортно - нам неизвестно - те кто поставлен в высочайшие учителя жизни - пожили ли они свою жизнь хотя бы на уровне мгновений? А Александр Шмеман пожил и прожил каждый день. И это его главное достоинство, величие, талант и уникальность, пред которыми я преклоняюсь! И все же, если принять на веру кредо Шмемана о том, что вечность есть воскресшее время - то я надеюсь и верю, что и Игнатию Брянчанинову, и Феофану Затворнику и Иоанну Лествичнику будет что воскресить. А воскреснет ли злое время? - этим вопросом очень трепетно и всерьез вместе с протопресвитером задавался во время эфира отец Алексей Уминский. Дерзну предложить свою трактовку: "рефаимы (зловещие призраки угаритского эпоса) не воскреснут" Исаия 26.14
