Когда-то в детстве он начинал с картинок для продажи на рынке – и на склоне лет возвращается к тому же: торгует своими этюдами по два рубля за штуку. «Село Волынское» как будто написано уже другим Саврасовым – менее уверенна рука, меньше чёткости рисунка, небрежнее написан и фон, и детали. Эту и другие картины, написанные в последнее десятилетие жизни художника, искусствоведы определяют термином «пьяный Саврасов». К проблемам с алкоголем присоединяется ещё и постепенная потеря зрения. Клубок жизненных неурядиц окончательно запутывается, художник опускается все безнадежнее.
Поздние работы Саврасова – все небольшого формата: такие можно написать быстро, чтобы тут же обменять на обед или штоф водки. Он начинает тиражировать прежние работы – чаще всего свой главный хит, "Грачей". Причем, делает эти авторские копии все более размашисто и неточно. То вдруг березы из серебристых становятся розовыми, то небо превращается из голубого в зелёное.
На московских улицах Левитан видит его одетым в старушечью кацавейку и лохмотья, Гиляровский встречает Саврасова с бородой "библейского пророка", в рваных ботинках и заношенной шляпе. «Совсем старик спился… Жаль беднягу, - пишет он. - Оденешь его - опять пропьет все. Квартиру предлагал я ему нанять - а он свое: «Никаких!» - рассердится и уйдет». Новая семья художника – гражданская жена и двое детей – живет впроголодь. «Этот больной человек вынужден жить с женой и двумя малолетними детьми в обстановке столь жалкой, которая едва ли бы удовлетворила самого непритязательного ремесленника, вынужден подвергаться самым крупным лишениям». Друзьям удается несколько раз вытащить Саврасова с самого дна. Говорят даже, что художник в последние годы все же сумел взять себя в руки и бросил пить.
Он умер в московской городской больнице для бедных. На похороны Алексея Саврасова пришла горстка оборванцев с Хитрова рынка, которые знали его под кличкой "академик". И лишь несколько художников, которые шли за гробом, понимали, кого они провожают в последний путь. Человека, который создал само понятие русского пейзажа. "Саврасов старался отыскать и в самом простом и обыкновенном те интимные, глубоко трогательные, часто печальные черты, которые так сильно чувствуются в нашем родном пейзаже и так неотразимо действуют на душу. С Саврасова появилась лирика в живописи пейзажа и безграничная любовь к своей родной земле, " – написал в некрологе Исаак Левитан, его любимый ученик, которому еще предстояло победить учителя.
В самом будничном виде неброской природы средней полосы Алексей Саврасов первым сумел увидеть настоящую красоту, от которой, может, и не захватывает дух, но на душе становится теплее.
Из книги:
Передвижники. Художники-передвижники и самые важные картины конца XIX – начала XX века
https://www.labirint.ru/books/740206/
