Алла Рид – еврейская звезда шоу «Голос» и «Три аккорда», обладательница удивительного голоса и ярчайших сценических образов. 6 февраля певица собирает друзей и поклонников на свой юбилейный концерт в театре «Градский Холл». Обозреватель J-Life Натаниэль Трубкин встретился с Аллой Рид накануне ее масштабного бенефиса и спросил, почему она грустит по девяностым, что значит быть еврейкой и о самой большой утрате прошлого года.
О детстве
Впервые я осознанно вышла на сцену в 8-9 лет. Мой папа создал детский музыкальный еврейский коллектив «Эстер» в Самаре. Мы стояли у истоков возрождения еврейской культуры после краха СССР. Самое первое выступление проходило в большом заде Самарской государственной филармонии на Пурим. С тех пор – уже 30 лет – еврейская песня со мной.
О 90-х
Я вспоминаю свою юность, как один из самых ярких этапов жизни. Горящие глаза, ощущение, что впереди нечто грандиозное! Тогда был всплеск алии и расцвет еврейской культуры в России. Наши знаменитые евреи, символы того времени, были еще живы: и Михаил Жванецкий, и Ян Арлазоров, и Иосиф Кобзон. Когда они собирались все вместе, это были невероятные праздники и эмоции.
О еврейской песне
То, с чего я начинала – это еврейская песня. И в шоу «Голос» я попала, спев на прослушивании «Хаву Нагилу». Мои еврейские номера имели огромный успех в телевизионных проектах «Голос» и «Три аккорда». Я проснулась знаменитой после того, как исполнила их на весь мир. Я еврейка. Еврейство – моя корневая культура, это влияет на всю мою жизнь и составляет большой пласт моего творчества как певицы.
Об Александре Градском
Смерть Александра Борисовича – тяжелейший момент, который переживаем все мы, его воспитанники. Это был уникальный по своей харизме человек, я до сих пор не могу поверить в его уход. Иногда забываюсь, беру телефон, чтобы ему позвонить, что-то рассказать… Конечно, мы знали о его состоянии после ковида, но верили, что все обойдется, надеялись на чудо. Да и сам Градский был немного волшебный человек. И чудо длилось столько, сколько могло. Без него в театре невероятно пусто, холодно, одиноко. С Градским ушла без преувеличения целая эпоха. Мне безумно повезло, что шесть лет я провела рядом с ним.
О призвании
Я не помню ни одного момента, когда хотела бы поменять профессию. Да, артист – это очень сложная работа, успех в которой зависит от множества личных качеств, удачи, труда, веры в себя, стечения обстоятельств. Но музыка и песня в моей жизни - это генетическое. Мой прадед служил кантором в синагоге, и мой дедушка великолепно пел, и отец был клавишником и играл в собственной группе. Я верю, что мы рождаемся с определенной душой и призванием. И в три года, и в двадцать лет, и в сорок следуем своему предназначению. Некоторые артисты выходят на сцену в очень преклонном возрасте и живут только благодаря сцене. Иосиф Давидович Кобзон пел, как бы плохо ему не было. Сцена – серьезное «лекарство», от которого мало кто готов отказаться.
О платьях
Я за красоту, за стиль, и считаю, что зрителя надо удивлять. И для меня наряды на сцене имеют особое значение. Сценический костюм должен дополнять артиста, его образ. Я люблю платья, умею их носить, они мне идут, в конце концов. Вижу, как женщинам нравится их обсуждать. Кстати, в обыденной жизни я ношу самую обычную одежду – никаких роскошных платьев!
Про юбилей
6 февраля в «Градский Холле» я представлю юбилейную программу, в которой я собрала всё лучшее из прошлых концертов. Это будет и советская эстрада в авторском прочтении, и лучшее, что я исполняла в телепроектах, и песни Высоцкого, и большой блок еврейских песен. Ко мне придут замечательные гости, мои коллеги по эстраде и друзья по шоу «Голос» – Людмила Соколова, Родион Газманов, Этери Бериашвили, Влади Блайберг, Маргарита Позоян, моя группа «Мелафефоним». Планируется грандиозный вечер на сцене любимого театра, своего рода концерт-откровение. Буду рада всех видеть!