Если семейная жизнь оказалась, как говорят риелторы, с обременением, есть способ выиграть некоторую приватность. Даже в доме с привидением, сканирующим тишину из спальни, или с полтергейстом, расхламляющим все шкафы. Там, где нет места спрятаться, прятаться надо во времени.
Есть в сутках благословенное время, когда все, кому режим не писан, свалили наконец-то на боковую, а всех, кто как штык, труба ещё не зовёт. С пяти утра до шести – шести тридцати – семи. Зависит от того, как рано зовёт труба. Но это блаженное время безопасно. Все петухи пропели, вся нечисть разбрелась. Уже светает и если лето – поют птицы, а чай божественно горек и горяч, и сладкое к чаю в изобилии. Вывести велик или встать на зарядку – в радость и получается само.
Потом можно подумать обо всём, написать планы на день и на подольше, и вообще вспомнить, кто ты и куда живёшь. Посидеть немного, тупо глядя перед собой. Время классики или мейнстрима из списков. Время перебрать сами списки – внести новое, что попалось на днях. А то, что прочитано-отсмотрено-дослушано, не удалить, а аккуратно зачёркнуть. Время оптичивать списки дел. Время радоваться.
Завтрак по уму – не доширак аль денте, как у неписаных режимников, допереводившихся ещё на пять минут, и не гречка с сосиской, как у пионэров (час до выхода, минута разогреть). На работе постоянно переспрашивали, заглядывая в тарелку, – а ты точно не веган? Зелёные стручки к жаркому из грибов с черносливом – почему нет, время есть. Не спеша приготовить, с удовольствием позавтракать. Собрать обед, чтобы не покупать в перерыв ерунду за деньги. Ещё посмотреть в окно. А там уже рассвело совсем.
И всё это твой собственный метод, твоё и ничьё больше тайное знание. Пока однажды не узнаешь, что его кто-то продаёт... Кто мог таким поделиться, за сколько угодно сребреников? Только какой-нибудь иуда... Книжка оказалась – гомеопатия, ноль целых две стотысячных смысла в ванне воды и сахара. Полтекста – хвастовство и подкаты к бизнес-гуру покрупнее. Хэл – это что за имя вообще? Странно, что не Большой Хэл, с таким-то рэперским накалом самопиара. А начинается, по канонам американского инфоцыганства, с Истории. Правда, с истории такой, что лучше бы не позориться.
Возвращается, значит, мужик с вечеринки, везет на переднем сиденье девушку. Принято у них так в Америке, что по паспорту давно уже мужик, а называет себя мальчиком – бойфренд. Гёрлфренд, значит, у него, даже если самому пятьдесят. Кстати, в Азии таких перевоспитывают – ласково, Азия мягко стелет, но глядишь – типаж такой же, а с гордостью говорит – жена. А я – её муж. И родственники жены, которым повзрослевший бой – щедрый френд, ласково улыбаются.
Везёт, значит, свою девушку. И не довозит. Попадает после вечеринки в аварию. Чем это кончилось для гёрлфренд – ни словечка. Минуточку, у тебя пассажир на переднем сиденье спал! Напиши, что ни царапины, раз уж решил сделать из девушки плохого парня. Неа. Видимо, не всё там красиво укладывалось в инфоцыганские каноны. Зато сколько драмы, когда предательница прямо в больнице от мальчика ушла. Будто кто-то останется с мужчиной, с которым расслабишься только на заднем сиденье. Какой бы весёлой ни была вечеринка.
Дальше замечательный мужчина начинает делать долги. Судя по последовательности событий, в этом немалая девушкина вина. Она ушла, он расстроился, всё понятно. Но он всё преодолевает, когда вспоминает про режим дня и начинает думать головой, хотя бы по утрам. До чего додумался Большой Хэл, подробно описано в этой статье, а если конспективно, то можно уместить на крохотной шпаргалке. Всё. Больше там ничего нет. Кроме признания, что писал специально, чтобы заработать и закрыть долги.
Один-единственный плюс - если отжать всю воду, чтение "Магии утра" можно зачесть себе буквально за час - если книга бумажная и нравится листать страницы. В цифре и того меньше. Если, конечно, хочется помогать Хэлу зарабатывать. А вот на утро я бы её оставлять не стала, как бы ни нравилось оптичивать списки. Не подойдёт, не создаст настроение, не дотянет. Магии утра в этой книжке - одно название.