— Кажется, нам не хватает проблем! — сказал я и перекачал подушку-сиденье до такой степени, что она лопнула.
Так началось наше очередное утро на реке Лена. С дымком костра, с ароматом кофе и с очередным открытием: достаточно двух-трёх лишних движений помпы насоса, чтобы подушка не выдержала.
Положа руку на сердце, я это знал, потому что упоминания об ограничении давления написаны на каждой лодке, чётким читаемым шрифтом. Да и без надписей мы это знали, поэтому бережно стравливали воздух даже при получасовых остановках, если пакрафты вытаскивали на берег. Но, одно дело знать и применять на практике, а другое дело — качать подушку, смотреть на неё с интересом и думать:
— Ну должна же она лопнуть когда-то...
Результатом эксперимента стал следующий вывод: в ходовом режиме подушка должна проминаться. На перекаченной элементарно неудобно сидеть. И ещё её можно надувать ртом, буквально за 20 секунд — тогда точно не перекачаешь. Более того, как оказалось, даже пакрафт можно подкачивать методом «изо рта в клапан», если под рукой нет насоса.
Таким образом, утро прошло в продуктивных исследованиях материала ПВХ на прочность. Спущенная подушка стала выполнять роль подвеса, то есть осталась на своём месте. На неё легла маленькая гермосумка с палаткой и спальником, в итоге получилось удобное возвышение. При этом, развесовка лодки даже немного улучшилась.
— Всё к лучшему, — думал я выгребаясь на очередном перекате, ругая и себя, и эту подушку, и этот очередной хмурый день.
Но, тут мы увидели солнце.
Довольно сложно описать свои эмоции, когда ты неделю прожил под ровным серым небом и уже привык к нему так, словно другого не бывает. Оказалось, бывает.
Примерно час мы радовались этой прекрасной картине — голубому небу, концентрированному, как на фотографиях National Geographic; облакам, летящим навстречу; и солнечному свету, без дыма и тумана.
Река постепенно вошла в болотистые берега. Каньон Золотокана остался позади, русло стало широким, воды существенно прибавилось.
Завалов встречалось по-прежнему много, но ни один из них не перегораживал реку полностью. Опасны были только те участки, где русло двоилось и значительная часть воды сливалась в забитую лесом протоку. В таких местах надо было вовремя уходить с основной струи, потому что к завалу судно подтягивало очень и очень незаметно.
В этот день мы с Алёной поменялись местами: она стала владычицей морскою моего пакрафта, а я пересел на катамаран. Характер реки позволял расслабиться, группа растягивалась временами на километр и более.
Шли мы не быстрее обычного, несколько раз останавливались для забора проб, тем не менее прошли почти 32 километра.
Пакрафты легко уходили от катамарана и нам с Максимом приходилось активно работать вёслами, чтобы оставаться в зоне видимости.
Для ночёвки, по доброй традиции, выбрали место, которое очень сближало: примерно четыре квадратных метра для костра, полоска шириной четыре метра под палатки. И свежие волчьи следы на песке.
Надо сказать, что медведи на этот момент уже перестали нам докучать. Следы мы видели, временами видели на поворотах вдалеке очертания больших животных, но вблизи встречали только лосей, маралов и косуль. Соседство с волками, после медведей, нас ничуть не смущало. Мы уже сами были немного того волки... в небольшой, крепко сбитой стае.