Сижу я как-то, пью чай и думаю о том, какие у людей бывают таланты. Кто-то рисует, кто-то делает скульптуры, кто-то вяжет и прочее, прочее, прочее…
И тут мне в голову пришла мысль: «А талант — это дар или наказание?»
Озвучила это мужу, он покрутил у виска и сказал, что талант не может быть наказанием.
Но вот тут я готова была поспорить. Он спор мой не поддержал.
Стала я сама углубляться в свои мысли.
На примере себя рассуждала. Вот пишу я повести, рассказы, выслушала и прочла десятки семейных историй от жутких до увлекательных. Что-то цепляет в конкретной истории, начинаю писать. И герои тут как тут сидят рядышком на стуле, ножками покачивают.
И при этом я не считаю себя сумасшедшей (иногда только). Но у меня есть в случае чего палата, родственник обязательно позаботится об отдельной.
Так вот, я одна. А проживаю десятки жизней. Ведь для того, чтобы написать о ком-то, нужно знать, что это был за человек. Я смотрю на него со стороны, на его поступки, на его дела. Я вижу, как он смеётся и плачет. Я чувствую его боль и разочарование. И так с каждым. Я присутствую при родах и последнем вздохе. И от этого избавиться невозможно. По крайней мере сейчас я не могу вот так взять и всё бросить. Они (герои) будят меня с утра, зовут, просят написать о них.
И я пишу, пишу, пишу. И иногда ощущение, что я со стороны за всем наблюдаю. Сел в меня кто-то и живёт эти сотни чужих жизней заново.
Когда я начинала писать свою родословную, много времени сидела на форумах по генеалогии. Каких только чудес я там не начиталась.
Многие, кто в теме, говорят, что родственники сами просят их найти. Снятся, говорят, во снах страницы и номер фонда, который хранит записи об их рождении. А потом благодарят во снах о том, что нашли их.
Я так искала свою прабабушку. У неё везде заявлен год рождения 1888, а я пока его искала, мне всё время попадался 1890. И что-то где-то внутри меня как будто щёлкнуло: «Начни с 41-ой страницы». И вот пролистала я 41, 42, ничего. А на 43 в самом верху моя прабабулечка, моя Марфа Ефимовна. После того, как нашла её, посыпались Ефимовичи во всех годах, братья её и сёстры.
Я верю, что существует какая-то связь. Иначе как это всё объяснить? Такое придумать просто невозможно.
А тут недавно попался и папин дядя. Сын той самой Марфы Ефимовны, пропавший без вести в 1945 году. А он никуда и не пропадал, погиб за несколько дней до конца войны от ранения в ягодицу и даже место захоронения указано. Вот так по ниточке и иду. Она где-то рвётся, а где-то толстенькая, как канат, и ведёт, ведёт.
Кроме меня в моей семье это неинтересно никому. Моим сёстрам фиолетово на все мои поиски. Да и не только им. Ну ничего, мне не обидно. Это нужно, прежде всего, мне.
Потому что кто-то сверху выбрал для такой миссии именно меня.
И вот этот кто-то теперь знакомит меня с историями семей, с их жизнями, с их бытом. А я что? Слушаю и пишу, пишу и слушаю.
Так что это всё-таки: дар или наказание?