Подружка зашла в магазин за хлебом, а я осталась ждать ее напротив кассы. Старая женщина выкладывала на транспортерную ленту какие-то творожки. Кассирша, зевнув, почесала шею. На соседней кассе мужчина, подпрыгивая от возбуждения, быстро хватал оплаченные банки пива, пытаясь уместить их все на своей узкой, крепко обтянутой кожанкой груди и придерживая открывшейся по локоть волосатой рукой.
Еле передвигающийся старик медленно вышел сбоку от первой кассы, ничего не взяв. Он остановился у магнитных дверей в ожидании. Я поймала взгляд его белесых глаз.
— Марго, пойдем, — хриплым, но довольно крепким голосом протянул он. Из-за пустой кассы показалась рожица старого длинношерстного пекинеса; неспешно передвигаясь, Марго с любопытством глядела по сторонам, отчего нельзя было уловить взгляд горящих глаз.
Не успев дойти до старика, собака заинтересовалась чем-то у кассы и повернула назад.
— Марго! — требовательней проговорил хозяин. — Ко мне!
Марго еще раз повертелась, словно раздумывая, стоит ли отказывать себе в удовольствии еще раз принюхаться к пряному аромату из булочного отдела или хозяин может еще немного подождать. Маленький длинноволосый ангелок снова скрылся от нас со стариком.
— Марго! — вскричал он досадливо, увидев мой веселый взгляд. — Ко мне, немедленно!
Дед изначально сопровождал свой клич похлопываньем по ноге и в этот раз ударил по колену с таким ожесточением, что я испугалась, не треснуло ли оно. Увидев, что Марго, не слыша приказов, уплывает от кассы все дальше и дальше, он, кряхтя, заковылял за ней.
Не прошло и минуты, как старик вернулся с обиженным лицом , согнувшись и удерживая под мышкой маленькую проказницу, продолжавшую вертеться и поймавшую мой взгляд своими ласковыми глазенками. Спустив ее на пол, дед нагнулся еще раз и прохрипев: «Чего не слушаешься?», резко влепил стоящей у его ног шалунье глухую пощечину. Я вздрогнула от неожиданности. За что?.. Мне хотелось крикнуть на злого старика, защитить ни за что ни про что обиженное создание.
Белобрысая головка неестественно дернулась, и темная мордашка скрылась за длинной шерстью.
— Чего не слушаешься, а?
Тут же позабыв обиду, собачка с прежним задором оглянулась на магазин. Старик вновь подхватил ее на руки, чтобы не сбежала, и слабо поплелся к двери. Притихшая Марго сидела под мышкой хозяина, широко улыбаясь и радуясь ускользающему аромату свежеиспеченного хлеба и пряников.
А я незаметно вытерла мокрые уголки глаз. Никогда, слышите, никогда не обижайте ангелов.