Уже более ста лет археологи вынимают из песков в руинах древнеегипетского города Оксиринх тысячи папирусов. Написаны они буквально обо всем: от религиозных и драматических сочинений до деловых документов – как законных, так и не очень
Приблизительно в 190 километрах на юго-юго-запад от современного Каира, находится городок Аль-Бахнаса. В древности здесь, на левом берегу канала, соединяющего долину Нила с Фаюмским оазисом, располагался египетский город Пер-Меджед, получивший свое название в честь рыбы, которая фигурирует в мифе об Осирисе (она съела один из жизненно важных органов бога, погубленного злокозненным Сетхом). Эту рыбу из семейства мормировых иногда именуют еще нильской щукой. Греки называли ее оксиринхом, а город, переживавший в эллинистическое и римское время большой расцвет, – соответственно, Оксиринхуполисом. Ну а историки называют его просто Оксиринхом.
Остатки древнего Оксиринха в XIX веке не привлекали внимания археологов, поскольку напоминали обыкновенную мусорную кучу. На обнаружение сногсшибательных сокровищ здесь явно не приходилось рассчитывать. Раскопки в Оксиринхе начались лишь в 1896 году, когда два молодых британца из Королевского колледжа в Оксфорде Бернард Гренфелл и Артур Хант обнаружили, что земля тут буквально нашпигована множеством папирусов. Гренфелл писал, что зачастую достаточно было ковырнуть песок носком сапога, чтобы вскрыть целое скопление древних документов.
С тех пор и по сей день археологи и папирологи (ученые, занимающиеся исследованием папирусов) не устают копать и просеивать песчаный грунт Оксиринха. Здесь найдены руины городских построек, некрополь с надгробиями, монеты и глиняные печати, но главное – это папирусы, более пяти тысяч. Количество объемистых томов, посвященных их описанию, превысило уже восемь десятков.
В этой огромной коллекции – тексты, датируемые временем от III века до н. э. до VII века н. э. – целое тысячелетие непрерывной письменной истории! Папирусы написаны на древнеегипетском, коптском и греческом (таких текстов больше всего) языках, на латыни, на арамейском и древнееврейском, на арабском и даже на пехлевийском (персидский язык середины I тысячелетия).
Значительная часть текстов - это раннехристианские рукописи: евангелия, гимны, молитвы. Немало и списков античных литературных произведений. Некоторые из них не сохранились более нигде. Это произведения драматического жанра (пьесы Менандра, Софокла, Еврипида), стихи Пиндара, Ивика и Алкея, Сапфо и Коринны, а также исторические труды, в том числе пересказ семи книг «Истории от основания города» Тита Ливия из числа 107 утраченных.
Но больше всего среди папирусов Оксиринха всевозможных административных и деловых документов и частных писем. Одно из них – послание обиженного мальчика по имени Феон своему отцу – подробно описано в детской книжке «Письмо греческого мальчика», написанной советским филологом и историком Соломоном Яковлевичем Лурье.
Каждый такой документ – бесценный источник, рассказывающий о том, как жили здесь люди в отдаленную эпоху, и помогающий составить цельную историческую картину. Вот перед нами маленький кусочек ее мозаики – датируемый 111 годом до н. э. (время правления царя Птолемея IX Сотера II) фрагмент платежного поручения. На обрывке папируса размерами около 7 × 13,5 сантиметра, который фигурирует в коллекции под номером 710, записано распоряжение некоего лица (имя и должность его остались неизвестны) о выплате царским банком (существовал такой во времена Птолемеев) различных денежных сумм 47 работникам почтовой службы.
44 участника этой экспедиции были «библиофорами» – письмоносцами-почтальонами. Их сопровождали: ответственное должностное лицо, которое называлось «хорограф» («летописец»), «эфод» – воин-охранник и погонщик верблюдов – «камелит». Этот документ – одно из редких свидетельств использования верблюдов в эллинистическом Египте.
Текст на другом папирусе (за номером 5209) являет нам совершенно анекдотическую историю, которая отчасти напоминает многие эпизоды из современной спортивной жизни, но выглядит по сравнению с ними как-то умилительно наивно. Речь идет, ни много ни мало, о письменном контракте на проведение договорного борцовского поединка в соревнованиях юношей-эфебов на ежегодных спортивных играх в Антинополе (город к югу от Оксиринха) в 267 году. Игры были частью религиозных празднеств, учрежденных императором Адрианом в честь своего любимца Антиноя, утонувшего в Ниле в 130 году.
Итак, в финальной схватке на Антиноевых играх («Мегала Антиноя») 267 года борец по имени Деметрий должен был «трижды упасть», то есть позволить сопернику – некоему Никантину – выиграть поединок тремя бросками, как полагалось условиями состязаний. Об этом договорились отец Никантина и двое поручителей Деметрия, возможно тренеры. За это Деметрий (ну, или те, кто за него ручался) должны были получить 3800 серебряных драхм старой чеканки.
По-видимому, здесь имеется в виду так называемое птолемеевское, или «старое» серебро. Египет, даром что был римской провинцией, общеимперскими деньгами не пользовался. Чтобы ограничить частные экономические контакты этой сверхважной провинции с остальным римским миром, императоры продолжали чеканить на александрийском монетном дворе статеры и драхмы.
Вот только с конца II века количество серебра в них стало неуклонно падать. Население отреагировало: в отличие от «новой монеты», которую усердно портили со времен самостоятельного правления императора Коммода (180–192 годы), серебро старой чеканки считалось «хорошим». При частных расчетах люди предпочитали пользоваться им, что совсем не удивительно.
Вернемся к договорному поединку. В документе оговаривается, что свои 3800 старых драхм несознательный юноша Деметрий и его наставники получат даже в том случае, если судьи заметят, что борьба велась нечестно, и лишат беднягу Никантина победы. А вот если Деметрий обманет и выиграет схватку – пусть выложит три таланта старым серебром. А талант - это все-таки 6000 драхм…
Недоумение вызывает сам факт составления такого контракта. Неужели в случае невыполнения Деметрием своего обязательства проиграть схватку папаша Никантина повел бы поручителей парня в суд? Может быть, он полагался на клятвы, которыми заканчивается текст соглашения? Так это или нет – мы не знаем. Зато благодаря этому нелепому контракту мы знаем, что закулисные сделки в спорте – отнюдь не изобретение нашего времени.
Подписывайтесь на канал "Древности нашей ойкумены"! У нас много интересных материалов по истории и археологии.