- Ну и туман сегодня, - сказал туман, заходя в комнату и устраиваясь у камина. Я не знал, что ему ответить – видите ли, я никогда в жизни не разговаривал с туманами, да и вообще не знал, что туманы могут говорить. Я даже не понимал, то ли туман жалуется на туман, потому что ничего не видит в тумане (как будто туман может видеть), то ли туман восхищается туманом, то есть, собой. Наконец, я решил, что имеет место второй вариант, и осторожно ответил: - Да, туман сегодня просто превосходный. - Превосходный? – туман всколыхнулся, - и это вы называете превосходный? Вот раньше были туманы так туманы, да что туманы – Тума-а-а-ны! А сейчас что, недоразумение сплошное... эх, никудышный я туман... Ничего себе никудышный, думал я, глядя в молочно-белую пелену за окнами, если это никудышный, то что же тогда было раньше, когда туманы, и не просто туманы, а Тума-а-аны... - Ну что вы, вы великолепный туман. - Да это вы великолепных не видели, вот и говорите... – отмахнулся туман, но все-таки чуть-чуть