Об этом нельзя было говорить вне дома, но Люба не соблюдала предостережения мужа, и он взялся за сапог.
Или восьмая вещь, о которой никому не рассказывают.
Никитин Олег с детства точно был уверен в том, что когда подрастёт, то женится и у него будет два сына. Эта мысль надолго и плотно засела в его голове и, когда на выпускном вечере его спросили о том, кем он хочет стать, то он ответил, не задумываясь, - отцом двух сыновей.
Смеялись все, кроме Любочки. Она надула губки и махнула рукой.
- Смеётесь всё! А ведь Олежка умнее вас всех тут будет. У него цель всей жизни есть, а не вот это всё: врачом, дантистом, пианистом.
- Глупая ты, Любка, отцами и матерями все и так станут, мечтать даже не надо, а вот врачом - это учиться надо, - перебил её Трошин Егор, планирующий поступать в медицинский.
- Ещё, поди, ты ему двух сыновей и родишь? - прыснула одноклассница, сидевшая с Любой рядом.
Люба не заставила себя ждать и ответила:
- Рожу, если попросит.
Тогда Олег в первый раз обратил внимание на Любочку. Она ничем не выделялась в классе, училась средне, активисткой не была, и имела вполне заурядную внешность. Жила с бабушкой на другом конце деревни.
Но её решимость воплотить в жизнь главную его цель в жизни заставила на несколько секунд задержать дыхание парня и принять молниеносное решение.
Провожать утром домой, после выпускных гуляний Олег пошёл уже не Светку, а Любу. У больших, выкрашенных голубой краской ворот её дома, спросил:
- О сыновьях ты там пошутила?
Люба вновь надула губки и обиженно ответила:
- А мне никто предложения не делал, чтобы я обещала что-то.
Олег опустил глаза, а потом сказал:
- Мне осенью в армию, я уже решил. А вот вернусь..., - и Олег схватил Любочку за плечи, - дождёшься?
Она не ответила, только кивнула.
"Парни - они такие, ветер в голове" - учила внучку бабушка. "Сегодня люблю тебя, завтра люблю другую".
Но Олег благополучно вернулся со срочной службы и на следующий день, прямо в форме, пришёл просить руки внучки у Марии Ивановны.
Старушка пустила скупую слезу, но по виду было ясно - радовалась.
- Вижу, что парень ты серьёзный и намерения у тебя настоящие, поэтому рада за внучку и не буду против, с тобой она должна настоящей хозяйкой стать.
Любочка краснела, Олег всё время поправлял ремень, держась за него двумя руками и терялся, посматривая на пакет у двери. Подарки у него ещё были. Бабушке шаль тёплую купил, настоящую, пуховую. Для Любы туалетную воду и колечко простенькое, но с камушком.
Свадьбу гуляли уже в декабре. Простенько, но радушно. Никитины, впрочем, выбор сына не очень одобряли. Почти сиротка. "Ни рыба ни мясо", - как выразилась мать. Но Олег был непреклонен и решения своего не поменял.
- Посмотрел бы какая она хозяйка, - пускала в дело последние доводы мать, - а то может она и пироги стряпать не умеет.
- Научится! - парировал сын. - Мам, разве дело в борщах, да чистых носках?
- А в чём сынок? Мужчина должен иметь тыл! Надёжный, ответственный. Он должен быть уверен, что дом в порядке. И ждёт его тот, кто выслушает и поддержит, тогда и на работу можно спокойно идти и жить свободно.
Олег только отмахивался.
В наследство ему от родственников по отцовой линии достался небольшой домик в том же селе. Так что с квартирным вопросом всё было решено сразу. Молодые скоренько сделали косметический ремонт и заехали в свой дом.
А пироги Люба и, действительно, печь не умела.
- А у меня бабушка пироги печёт, - ответила Люба и накрылась одеялом.
Для Олега же воскресенье всегда означало, что на столе обязательно будет стряпня. Особое значение раньше он этому не придавал. Блины, оладьи, пироги, булочки и прочая вкусная выпечка не переводилась в доме Никитиных. И за неделю все уже успевали соскучиться по манящему запаху сдобы или жареных пирожков, что расправлялись с содержимым противня или большой тарелки очень быстро.
В первое воскресенье молодожёны переезжали, не до разносолов было, вся следующая неделя прошла быстро и скомкано. Но после слов новоиспечённой жены о том, что выпечки не будет, Олег впервые расстроился. Мать была права. На картошке, да макаронах далеко не уедешь.
Оделся и пошёл к матери. Уже на крыльце Олег чуть не захлебнулся слюной.
- Привет, - сказала мать, не отрывая взгляда от маленьких, на один укус, творожных шариков, которые она дожаривала в небольшом сотейнике.
- Чай будешь пить? - спросила мать, повернувшись.
- Нет, я дома поел, - захлёбываясь слюной, соврал сын.
- С собой тогда возьми, потом съедите, нам с отцом много, а Ленка на диету опять села.
Сестра Олега выглянула из своей комнаты, услышав своё имя, и, убирая волосы в хвост, поинтересовалась у брата:
- Соскучился уже? Нажился с...?
- Лена! - оборвала мать, - стыдно то как.
- А что стыдно? Вон, Егорка Трошин, три недели из дома с молодой женой не выходили. Родители ходили, в окна стучали, испугались, не случилось что, а наш через шесть дней вернулся. Не просто так же.
- К Марии Ивановне шёл чурки колоть, вот и заглянул домой. Мой же дом, привязалась. Может я к родителям, а не к тебе пришёл. От тебя, Ленка, им помощи смотрю не дождаться. Спишь до обеда.
Брат с сестрой часто ссорились. Боролись за внимание и любовь родителей, хотя те не давали повода и относились к детям одинаково. Но противостояние, начавшееся в детстве, со временем никуда не делось.
- Не ругайтесь! Молодец, что зашёл. Как дела?
- Хорошо! - встал с табуретки Олег.
- Подожди, с собой дам, - мать бережно пересыпала в контейнер сладкую выпечку, сунула в пакет и подала сыну.
- Спасибо, мам. Если надо помощь, не стесняйся, зови.
- Хорошо, сынок.
Олег вышел и быстро зашагал к дому бабушки жены, хотя совсем туда не собирался. Шёл быстро, тяжело дыша. Вспомнил, что в руках несёт мамину выпечку и быстро открыл пакет. Воздушные шарики, посыпанные сахарной пудрой, исчезали во рту парня моментально. У высоких голубых ворот Олег вытер рукавом рот и закрыл контейнер.
Мария Ивановна обрадовалась гостю. Предложила чай, но Олег вежливо отказался и вышел во двор, где лежала большая куча чурок.
- Олеженька, может лучше нанять работника? Что же ты сам?
- Если на каждую работу кого-нибудь нанимать, денег никаких не хватит, да и мужскую мне работу не сложно выполнить, это же не пирожки печь, - тут Олег осёкся, поняв, что сболтнул лишнего.
- У вас с Любкой что-то произошло? - бабушка в первый раз назвала внучку Любкой.
Олег остановился и повернулся к Марии Ивановне.
- Я чего-то не знаю?
- Дочери моей не стало, когда внучке шесть лет исполнилось. Я взяла Любу к себе и воспитывала, как могла. Оберегала слишком. Белоручкой растила. Силы во мне тогда было ого-го-го! Это сейчас я вся больная, тогда бегала и прыгала.
Олег улыбнулся, представив, как бегает эта седовласая маленькая женщина.
- И рада была, когда замуж ты её позвал. Решила, что пристроила девку, но, вижу, не всё пошло так, как я хотела. Глупая она какая-то. Готовить ленится, уборку не любит. А то сболтнёт лишнего, где не надо, или сплетни дальше несёт чужие. Ты, Олежка, не стесняйся, если надо, ты в руки сапог возьми и прикрикни на неё.
- Не кошка же, чтобы сапогом стращать?
- Кошка, не кошка, а кто в доме хозяин должна понимать.
Домой вернулся Олег, когда день перевалил за свою половину. Коробки и кузовки с одеждой Люба так и не разобрала, они стояли в сенцах. Самой молодой жены дома не было.
Пришла Любка разгорячённая, взбудораженная и недовольная.
- Вот, - сбрасывая сапоги в дверях, сетовала жена, - Трошин ещё в институте учится, а уже должность получил.
- Какую? - усмехнулся Олег.
- Ветеринар, - радостно воскликнула Люба.
- Завидуешь?
- А как же. Зарабатывать теперь будет больше.
- Откуда знаешь?
- К Таньке Трошиной ходила.
- Обед бы лучше приготовила и вещи разобрала. Завтра на работу, а рубашек чистых нет, - возмутился Олег.
- Так я жена, а не кухарка. Да и рубашки стирать как, не на руках же? Надо стиральную машину брать.
- Купим.
- На что? - хмыкнула Люба.
- Есть у меня идея попроситься на курсы городские. А там, глядишь и повысят, заработаю.
- Правда? - обрадовалась Любка.
- Да, - утвердительно ответил муж.
К концу недели Олег собрался с мыслями и пришёл к директору, просить отправить его на курсы в город.
Директор выслушал и пригласил присесть.
- На работу я тебя взял по поручению твоего отца. Теперь и сам вижу, что работник ты прекрасный. С удовольствием бы отправил, но во вторник ко мне с такой же просьбой Трошин приходил, я ему первому согласовал учёбу. Лишних средств нет. Так что, теперь только через полгода.
Из кабинета директора Олег выскочил, словно пробка из бутылки шампанского. Поблагодарил, но почувствовал себя не в своей тарелке. Глупо как-то вышло. Вроде, не его эта идея даже.
Дома высказал всё Любке. Та долго отпиралась, но потом всё же созналась, что рассказала всё Таньке.
- Неужели ты не знаешь, что можно другим говорить, а что нет? Ну ясно же, что любые планы и личную жизнь держат в своих четырёх стенах. Спасибо тебе, теперь Егор едет учиться, а я нет. Стирать тебе на руках, жёнушка.
Люба надула губы.
***
Первый год совместной жизни у Никитиных подходил к концу, много всего за этот год произошло. Уж сколько Любка глупых поступков совершила - не сосчитать. И все семь вещей, о которых нигде не принято рассказывать - обсуждала с подружками. Терпел Олег, пока не случилось последнее.
Детей хотели. Оба. Сильно хотели. Олег свою детскую мечту о двух сыновьях не отпускал от себя, но забеременеть Любке никак не посчастливилось. Уже и в город на обследование ездила, ничего не нашли. Витамины только выписали. Олег даже больше переживал, жена к этому вопросу отнеслась, как всегда, философски: Бог даст.
Погружённый в свои раздумья, Олег шёл на работу, как по дороге его нагнал Егор.
- Почему не весел? Сегодня же такой знаменательный день?
- Какой?
- Как? Любка моей сказала, что сегодня тот самый день для зачатия сына. Может, сразу на двойню замахнёшься?
Олег закашлялся поперхнувшись.
- Шуточки у тебя, Трошин. Сплетни бабские собираешь, ходишь.
- Ты что! Я же по-дружески!
- По-дружески, ты бы промолчал - цены бы тебе не было! - и Олег ускорил шаг.
А вечером дома снял сапог и поднял его над головой.
- И верно, глупая ты, Любка!
- Олеженька, ты что. Я больше не буду!
- Конечно не будешь, потому что я с тобой разведусь. Можешь вещи собирать.
Любка сначала вздёрнула нос, но после слёзы сами брызнули у неё из глаз. Она схватила куртку, сапоги и выскочила на улицу.
Бабушка слушала внучку долго, не перебивая. Потом тяжело вздохнула и сказала:
- Пол сначала помой, а потом пойдёшь вещи собирать.
- Какой пол? - утирая слёзы, удивилась Люба.
- У меня пол помой. Наследила ты, столько грязи сейчас раскидала. По всем углам замарала. Помнишь, учила я тебя, что семь вещей нужно при себе держать и никому не рассказывать. Так вот. Не семь их, а восемь для тебя. Запоминай, хотя о чём я, что умному навек, то глупому ненадолго.
Вот эти восемь простых вещей, о которых лучше ни с кем не разговаривать и не обсуждать, чтобы в семье было счастье и радость.
Сплетни и пересуды других.
Ваши семейные отношения.
Планы и желания.
Вероисповедание.
Ваши достижения и успехи.
Любовь.
Деньги.
Образ вашей жизни и внутренний мир.