На выходе из офиса Анну окликнул охранник Максим.
— Здравствуйте, Анна Владимировна, — культурно поздоровался он. — Слышал, Сергей Валентинович вас уволил? Если честно, мне искренне жаль.
— Ничего страшного. Найду себе новую работу, не пропаду, — чуть улыбнулась Анна.
— Не сомневаюсь. На самом деле с таким начальством работать — себе дороже, — подметил Максим.
— Да, ты прав, не сработались мы с ним, — тяжело вздохнула Анна.
— А я, кстати говоря, тоже увольняюсь, — разоткровенничался охранник.
— Вот как? Новую работу нашёл? — искренне поинтересовалась Анна.
— Нет. Хочу отдохнуть пока, и только потом пойду устраиваться. Охранники сейчас везде нужны, поэтому я тоже не пропаду.
— Ясно, удачи тебе, Максим.
— Да, Анна Владимировна, вы извините меня за тот инцидент с кошельком, с полицией...
Охранник не договорил. Анна вдруг закашлялась и присела на корточки. К ней подошёл Максим, чтобы помочь. «Боже, это же они, те самые кроссовки с кислотными шнурками», — узнала Анна. Нет, молодая женщина не могла ошибиться. Трудно было подвести все догадки и интуицию к словам и логике, но именно эти кроссовки, в которые сейчас обут Максим, были на преступнике, ограбившем её сегодня. Анна была уверена на сто процентов.
— С вами всё в порядке? Может, скорую вызвать? — изображал заботу и переживание Максим, склонившись над бывшей сотрудницей фирмы.
В следующую секунду Анна резко встала, ударив таким образом своей головой охранника в челюсть. Она вовсе не хотела, так получилось, и к лучшему. Тот свалился на пол. Женщина, не раздумывая, вытащила у него из кобуры травматический пистолет и нацелила дуло в голову Максиму.
— Это ты напал на меня сегодня. Я узнала тебя по обуви. Ты забрал сумку с моими деньгами...
— Что за бред вы несёте?! — охранник попытался встать, но тут же получил резиновую пулю в бедро. Прозвучал хлопок такой силы, что, пожалуй услышал весь офис.
— А-а-а! — заорал от боли Максим. — Ты что делаешь, с...ка?
— Это тебе за мою пробитую голову.
— Я-то тут при чём? — Охранник держался обеими руками за бедро, и вставать уже не торопился. Мало ли, что ещё взбредёт в голову этой отчаянной женщине?
— При чём? Это ты расскажешь следователю. А мне ты сейчас расскажешь, куда дел деньги?
— Слушайте, Анна Владимировна, вас посадят. Вы явно ошибаетесь, обвиняя меня в каком-то нападении. И разве обувь может являться доказательством моей вины? Да в таких кроссовках полгорода сегодня ходит. И уж тем более я не знаю ни о каких деньгах.
— Ну, раз тебе бояться нечего, пошли сходим до участка. Вставай! — потребовала Анна.
— Я никуда не пойду. Сама иди, куда хочешь. Уйдёшь сейчас — заяву писать не буду.
— Не-е-ет, ты пойдёшь со мной, а пока следователь будет с тобой разговаривать, твою квартиру обыщут, и найдут там деньги!
— Ну и что. Деньги не пахнут. Как ты докажешь, что они твои, д...ра? — Разговаривая с Анной таким образом, Максим выдал себя с потрохами. Теперь женщина точно знала, что не ошиблась. — Может, я копил их всю жизнь.
— Не переживай, Максим, у меня все купюры переписаны, — «обрадовала» молодого человека Анна. — Поэтому следователю не составит труда узнать, чьи это деньги. Чего молчишь? Рассказывай, или я вызываю полицию!