-Тпрррррру... Приехали барин. От тут Черкассовы и живут Пётр и Матрёна, с ребятами. Да мать ихняя с отцом, да брат Петра, Иннокентий, да...
-Цыть, помоги лучше сойти, пёс лукавый.
- Петя, бричка какая-то чудная около двора остановилась.
Пётр, тетёшкая на руках маленькую дочку Татьянку, выглянул в затянутое бычьим пузырём мутное окно.
- Никак сам барин, Мотя. А иде пацанва? Нечто натворили што, заразы?
- Какой барин? Микитчук?
- Но...
Пётр вышел во двор, навстречу ему шёл барин Микитчук
- Здравствуй, Пётр
- Здрассти, вашскобродие, — а глаза у самого на месте не стоят.
-А, где сыны твои, Саша и этот как его?
- Илюха, барин, — подсказывает кучер Игнат
- Илья, — смотрит барин рыбьими глазами, наклонив голову набок, — где сии отроки Пётр?
-А что натворили эти мерзавцы? Я… Я сам их накажу вашскбродь, дети…пасанва, — загнусил Пётр.
- Что? Наказать? Да за что же, помилуйте! Я хочу наградить ваших мальчиков! Наградить!
Из дома вышли Саша и Ильюша, сыновья Петра и Матрёны, они смотрели немного испуганно на барина и поворачивались на ничего не понимающего отца.
Вышел дядька их, Иннокентий, тётка Ирина, Ванька братишка двоюродный, бабка, дед.
- Вот они! Вот они герои, ну здравствуйте!
- Здравствуйте, барин, — нестройным хором сказали мальчики
- Пётр! Я сам лично к тебе приехал! Сам лично! Чтобы поблагодарить твоих сыновей и наградить их!
- Да что же они сделали, барин?- переминаясь с ноги на ногу, несмело спросил Пётр
- Как? Ты не знаешь? Дети! Да вы не только герои, ещё и скромные! Они спасли моего Ми-Ми.
Услышав своё имя, из брички-кибитки, высунулся маленький, беленький щеночек, хорошенький, с умными глазками. Увидев своих спасителей, малыш заскакал на месте, запрыгал, заскулил.
Они, эти маленькие герои, не побоялись огромных собак и вытащили из их пасти моего Ми-Ми. Мою детку, моего синосеська, — засюсюкал барин, ловя крутящегося у ног пёсика.- И я решил наградить мальчиков. Ну герои, выбирайте, кто поедет из вас в город, в училище ремесленное, а?
Он с победоносным видом уставился на мальчиков.
- Ой, — вскрикнула Матрёна, — барин, не губите!
- Ты что баба, совсем дура? Я говорю наградить хочу, выучу кого-то из парней, может приказчиком будет! Пётр, к тебе обращаюсь, кого из сыновей благословляешь.
- Пусть Саша едет, — выступил вперед Илюша, — он, барин, у нас учёный, книжки читает, такие истории сочиняет. Ему в городе надо жить, учёным быть.
- Нет - крикнула мать, — Сашу не дам.
- Спасибо вам, Миколай Кузьмич, — выступил вперёд Саша, — но я без брата не хожу никуда. А вам спасибо, вы добрый барин, пусть у вас всё будет хорошо, за доброту вашу.
- Нет, господа так не пойдёт, — взвился добрый барин, — я уже настроился сделать доброе дело сегодня, я его и сделаю! Так, решено, значит оба мальчика едут в город, точка! Оплату и штипендию с меня! И не смейте мне перечить! Точка!
И барин, повернувшись, похромал к своей бричке - кибитке, держа под мышкой Ми-Ми и сопровождаемый конюхом Игнатом.
Все знали что барин с придурью, спорить с ним никто не смел.
- Ой, — запричитали бабы, как только барин отъехал, — да за что такое наказание, да куда же малых детушек, да за что же нам такое наказание? Да как так-то? Саша, Ильюша, деточки мои.
-А ну хватит ныть, — прикрикнул Пётр, — барин-то того, с придурью, сказал да и позабыл.
Но барин не позабыл и через некоторое время, отправились мальчики Саша и Илюша, в уездный город, в ремесленное училище, как и сказал барин, все расходы он взял на себя.
Ох, и страшно поначалу было братьям, ох и страшно. Но постепенно привыкнув ознакомившись, подобтершись, мальчики уже благодарили барина и строили планы.
В деревню они приезжали всё реже, и всё неохотнее.
Мать с отцом и родственники, относились к ребятам с робостью, стали они городские, чужие.
И лишь сестрица Татьянка с любовью бежала к братикам, теребила их за уши, муслявила щёки.
-А что братка, может за ягодой сбегаем, тять, — повернулся Ильюша к отцу, — надо ли травы телку накосить?
- Да я сам, дети, это отдыхайте.
- Вот ещё, -и бегут на луг, положив литовку на плечо.
- Здравствуйте. Семён Семёнович. - кричат ребята идущему вдоль дубравы политике Павлову.
-О, други мои. Наслышан о ваших успехах. Илья Петрович. Вы прям вьюноша уже, а вы Саша, вы продолжаете сочинять ваши чудесные истории?
Мальчики краснеют, теряются.
- Да, — говорит Саша,- иногда, времени не особо много.
-А я познакомился с социал-демократами, — вдруг с гордостью выпалил Илюша.
Политика Павлов побледнел.
- Тише, тише, молодой человек, прошу вас, тише. Вы с ума сошли кичиться этим?
- Но вас то нечего бояться, ведь так?
- Меня нет, но милый мальчик, с такой горячностью вы попадёте на каторгу прежде чем получите образование! Попадёте сами и поведёте за собой вашего брата, а ему там уж никак не место, впрочем, как и вам.
Запомните, — зашептал опять политика Павлов, даже у этих деревьев и, то есть уши, поэтому забудем о нашем разговоре, — и уже громко, — так говорите на речку пойдёте милые вьюноши?
Ну что же, заходите, после реки, заходите, а с вас милый Саша, новая сказочная история, талант, талант!
И политика часто и мелко закивал, и пошёл насвистывая в сторону деревни.
Мальчики молча пошли в рощу, и начали рвать крупную, краснобокую клубнику отчего-то хорошее настроение улетучилось.
- Ты что правда с этими знаком, — зашептал на ухо брату Саша когда они уже через пару часов лежали на горячем речном песке.
Илюша качнул головой.
- Они же преступники, Ильюша!
- Преступление так жить, Саша, — горячо зашептал в ухо брату Илюша, — нельзя так жить понимаешь.
Так незаметно Ильюша втянул Сашу и заразил идеями равенства и братства.
Илюша был горяч, ни раз он рисковал унося большие пачки прокламаций из-под носа шпиков, рисковал собой и Сашей.
- Ничего, Саша. Придёт наше время, будет как в твоих сказках, будут по улицам тележки со сладостями стоять и их никто не будет есть, потому как вся детвора наемшись ими будет.
Девушки красивые будут по улицам ходить, парни с ними расшаркиваться, всё вокруг тихо и спокойно, красота, Саша.
Саша же мило улыбается и молчит.
Барин Микитчук переехали окончательно в город, здесь смешил народ своими чудачествами. На самом деле был он добрый, немного с прибабахом конечно.
Мальчиков он оставил при себе в городе.
Очень Сашины истории ему по нраву были. Всё говорил что сделает Сашу большим человеком, писателем.
В Илюше же хватка барину нравилась, горячность его, весёлость, авантюризм, разухабистость.
Ох, как любил он посадить Илюшу на облучка, заместо Игната, и прокатиться до деревни с уханьем, да с гиканьем. Игнат только головой качал, да в усы улыбался, на землю плевал
-Ну чертяка, ну надо же, а. Эхххх, Анюта, хде мои семнадцать лет, — подхватывал под бока дворовую девку Аннушку, крутил её визжащую и ставил на землю, -эх, Сашшша, был я как твой брат, весел и небогат, до девок охоч, а девки меня любили, ээээх!
Саша же смотрел и тихо улыбался.
Всем по нраву пришли мальчики, Илья в парня красивого, широкоплечего вырос, Саша его копия только худенький, весь какой-то как веточка лозы, тоненький будто прозрачный.
Приезжали когда домой ребята, девки деревенские в слезах исходили надо же, красота-то какая.
- Мать, — говорит тихонько Пётр своей жене,- точно ли наши парни, Илюха, Илюха - то посмотри, глаза как озёра, чуб, усы пробиваются плечи, разворачиваются.
-Ну да точно ты по молодости, Петь.
- Да ладно тебе, — смущается мужчина, — скажешь то же
-А то, помнишь вы с Коськой Парамоновым приходили к нам, все девки дышать забывали.
-Угу, а мы потом бежали от парней ваших, как они нас дубинами потчевали. А на следующий день опять шли, - усмехается Пётр, вспоминая молодость свою. -А Саша, Саша будто не от мира сего, будто...
Недаром Кочкин, знаешь что портреты малюет, всё спрашивает когда Саша приедет, говорит на иконы батюшка благословил его, к самому в Киев вроде как ходил, за благословением, вооот, хочет, мол, с Саши наброски сделать...
-Ой, грешно, Петруша. Саша-то простой человек.
-Ну, а ты думаешь с кого рисуют? Что ли святые им дают с себя рисовать?
- Да ну тя, Петя, речи какие-то завёл, не хочу даже слушать.
- Тьфу, дура баба. А я знаю сыны Петра Черкасова далеко пойдут, большими людьми будут.
- Братик, — просит Татьянка Сашу, — расскажи сказку.
- Сказку?
- Да, про принцессу. Как она в лес за грибами ходила, а там ведмедь...
-Ну слушай, Забава моя, Петровна.
Хохочет Татьянка, заливается. А как же, любимый братик, Забавой назвал, а ведь так принцессу из его сказок зовут.
Матушка мимо бежит, то погладит Сашу, то чмокнет незаметно, в маковку.
А то Саша ребятню соберёт, своих да соседских, и в дубраву идут, за грибами-ягодами.
Наберут туески, сядут кружком, Татьянка к Саше с одной стороны прижмётся, Ванька, брат двоюродный с другой, и сидят, Сашу слушают, рты разинут, дышать забудут.
А как тут дышать, когда богатырь русский, Ваня Кулаков, бьётся со страшным чудищем, в лесах муромских, за красавицу Забаву, за землю русскую.
Потом идут домой, Саша незаметно под дерево нырнёт, посылочку для политики Павлова сунет и дальше с пацанвой идут.
По краешку луга, потому как по траве ходить нельзя, притопчут и сено будущее пропадёт. Все деревенские знают, что нельзя покос портить.
Встретят политику Павлова, раскланяются с ним, парой слов перекинутся, громко, чтобы все слышали, особливо шпик, что за Павловым крадётся. Теперь и Саша их научился распознавать. Только шпик недолго будет ходить, Павлов остановится и в небо смотреть начнёт, потом на пенёчек сядет и глаза закрыв, начнёт музицировать, размахивая руками
-Пам, пам, парара-пам- пам, пам - пам - парапам - пам, ту-ру-турутуту, туру-там - пам- парам.
Скучно станет шпику, он и повернёт назад, а политика Павлов посидит посидит, наклонится, листик какой-то возьмёт и будто с кем разговаривает, прожилки на том листике считает, удивляется.
-Эх, красота, — скажет,- так и тянет вздремнуть, как говорил профессор Иванов, Михал Михалыч, это от перенасыщения свежим воздухом, нуте-с, что тут у нас? Муравейник! - с восторгом вскрикивает политика Павлов,- это же целый город.
Ага, попался, ну не бойся, я только посмотрю что ты несёшь в свой дом и наклоняется, низко-пренизко к земле.
Плюнет шпик, и пойдёт восвояси, а Семён Семёнович, уже всё что ему нужно положил и что ему прислали в подарок взял.
Посюсюкавшись с муравьями, встаёт отряхивает колени и идёт в задумчивости раскланиваясь с каждым встречным. И со шпиком скислой миной тоже. Тот стоит где-нибудь на опушке ожидая что к политике прибегут с прокламациями пачками или ещё с чем, неся на плечах и дико озираясь.
Ничего не заметив проводив Семён Семёновича, уходит соглядатай домой, а политика спокойно к себе домой.
Все больше и больше затягивала братьев жизнь кипучая, в основном Илюшу Саша же шёл за братом безоговорочно.
Однажды пришли с обыском к барину Микитчуку. Тот, в турецком халате и феске, с трубкой в зубах, кричал и верещал, что он герой войны что будет жаловаться императору.
Но серые мрачные личности, что-то искавшие, не слушали его. Ничего не нашли, перевернув вверх дном весь дом, так же тихо ушли, растворившись в синем тумане летнего вечера, с запахом костров и дымкой от реки.
Барин утром поехал жаловаться, всех на ноги поднял, медалью, орденом и крестами в морду городовому начальству тыкал. В москву написал.
Принесли извинения.
-Ну други мои, — говорил опосля барин мальчикам и Игнату,- никогда я такого страха не терпел, в бой ходил солдатов, вёл сам, а столько унижения и страха не видывал.
Все четверо были одной тайной повязаны.
Барин ещё смолоду был сочувствующим, всё о равенстве и братстве мечтал…
Как-то вышли же на него, видимо попали под подозрение.
-Надо поосторожничать, барин, - говорит Игнат.
-Да, надо. Надо.
А мальчики что? А у мальчиков молодость, ключом бьёт, фонтанирует идеями.
- Не боись, барин, — говорит Илюша, — не боись мы их проведём.
Ловко я Аннушку отправил прям перед самым носом их, та закричала, завизжала, что ей де на базар надо, у неё по времени барину мясо парное привезут.
- Ха-ха-ха-ха, смеются все четверо.
- Но всё же поосторожнее, ребятушки. Мы с Игнатом уже пожили, меня за награды мои может и не тронут, Игнат, — барин задумчиво посмотрел на кучера и по совместительству товарища своего, — он тоже, не лыком шит…
Поосторожнее, ребятушки.
Илюша, береги Сашу.
- Конечно, барин, стал серьёзным парень, — конечно, он же всё что есть у меня, - и приобнял брата, потрепал его по голове.
-Бариин, бариин, - бежит, орёт, заполошная Аннушка.
Все напряглись, что там такое.
-Барин -девушка не стоит на месте, - там.. там.. цыгане, можно схожу там песни они петь будут, можно барин?
-Тьфу на тебя Анюта. Иди.
-Спасибо, барин, - крутанула юбками и понеслась стуча каблучками по деревянной лестнице.
-Ох, чертовка. Принесёт, как есть принесёт цыганёнка Аполинарии, - говорит Игнат, - а что барин, может мы того, тоже, к цыганам, а? Послушаем песни их, пляски посмотрим.
-А отчего нет, а давай. Саша, Ильюша едемте к цыганам.
Так Илюша с Сашей, перевернули страницу с новой главой, своей самой главной книги, по названию жизнь.
Много ребятам ещё предстоит узнать, много пережить, и любовь найти, что-то приобрести, а что-то потерять.
Но это будет уже другая история.
Про ребят Черкасовых буду выкладывать историями.
Добрый день мои настоящие, добрые, умные друзья.
Я долго, с помощью сына искала чтеца, вот нашли девушку. Нам нравится, оцените если не трудно голос и звучание.
Спасибо вам мои хорошие.
Я хочу отдельное спасибо сказать вам за комментарии.
Спасибо, что пишите, комментируете переживаете!
Я вас очень ценю!
Шлю вам лучики своего добра и позитива!
Спасибо что подписываетесь в телеграмм
И на ютюбе.
Всегда ваша
Мавридика д.