О многонаселенной квартире в здании старинной гостиницы "У Покровских ворот" и происхождении таинственного слова "чек" на кирпичной стене вспоминает читательница "Московских историй" Ирина Иринич.
Напротив маминого дома на Покровке теперь модная «Кофемания». Как же мне хочется привезти маму в ее родные места, летом или весной, сесть с ней на веранде, смотреть в окна ее детства - и вспоминать. Я очень дорожу этими воспоминаниями.
В доме № 17 по улице Чернышевского (Покровка) была всего одна квартира с несколькими десятками комнат. Все, кто там жил, знали, что это «дом Стасова» - старинная гостиница «У Покровских ворот», построенная по проекту Василия Стасова.
Сегодня дом 17 – объект культурного наследия федерального значения. Увы, многовековая «жилая» история дома прервана: в реестре московских зданий оно числится как «нежилое строение». Как будто в течение двух веков там и не было гостиницы и густонаселенной коммуналки, в которой, что ни судьба - то трагедия или драма.
Многих из обитателей квартиры № 12 уже нет на этом свете, а тем, кто живы, за 80, и они давно переехали в другие районы. Были бы силы и здоровье, они бы с удовольствием прошлись по родным местам.
Во дворе редкие для Москвы галереи - там были отдельные квартиры и свой вход через арку. Здесь выгружались машины с продуктами для вечного гастронома, здесь играли, дружили, ссорились, взрослели дети из 12-й квартиры. Выходили во двор через черный ход.
Здесь много лет на стене красовалось написанное масляными красками слово «чек». Это отдельная история. Среднего брата мамы звали Юлик, он тоже рос в этом дворе. Когда его мама (моя бабушка) звала его домой, из ее раскастистого «Юличек!» до двора доносилось лишь короткое «...чек!». Дядя Юлик умер в 37 лет от врачебной ошибки. Его уже не было — а лаконичное «чек» все еще напоминало о временах его детства.
Вот фото, на котором женская парикмахерская, в которую моя мама ходила много-много лет: и когда жила на Покровке, и когда переехала.
Здесь знали, как сделать маму красивой, как уложить ее длинные черные волнистые густые волосы - и в будни, и по торжественным случаям. Напротив была мужская парикмахерская - других поблизости не было. Вся улица Чернышевского ходила в эти два места.
Мама помнит, что сюда же ходила актриса Любовь Соколова. И еще одна женщина - Ольга Ивинская. «Рядом, в трех минутах хода, был Потаповский переулок, по которому еще ходила немолодая… женщина, последняя любовь Пастернака» (Л.Улицкая, «Зеленый шатер», действие романа разворачивается в 60 - 70-е годы прошлого века).
Ирина, дочь Ольги Ивинской, училась с моей мамой в одной школе - № 612, которая находилась в Потаповском переулке. И мама, как и герой романа Улицкой, бегала «в ту же булочную, в тот же овощной» и, прибавлю, в ту же парикмахерскую. И так же, как и вышеупомянутый герой, наверное, шептала на ухо подругам: «Вот Ивинская, вот Ира Емельянова, она тоже нашу школу кончала». #ирина иринич