Я в крепость поцелуя взял уста
И, ревностью воздвигнув башен своды,
Сорвал цветок с прохладного куста,
На лепестках которого роса
Хранила нежность девственной природы.
Сокрыл его я стенами канцон,
Оградой страсти обнял сладость розы,
Боясь спугнуть этот чудесный сон,
Склонился над цветком и, точно стон,
Ручей поэм вкусил росу, как слёзы.
Под крепостными стенами в тени
Своих безумств и буйных исступлений,
Я вырыл ров, над ним возжёг огни
Светил небесных, и горят они
И днём, и ночью, разгоняя тени.
Во рве, что полон сладкого вина,
Хмельным напевом солнечные блики,
И в тот же миг здесь в небесах луна,
И не наступит здесь вовеки тьма –
Мать пустоты и призраков безликих.
К стене высокой у ажурных врат
Приставил стражу, чтоб хранили в неге
Твердынь сию – Амура дивный сад,
И от злословья, бьющего, как град,
Оберегали юные побеги…
