Отвечает Джеймс Добсон (взято из книги «Непослушный ребёнок»)
«В последние годы я наблюдал множество грудных детей и "ползунков". Теперь я абсолютно убежден, что уже к моменту рождения у ребенка есть определенный врожденный темперамент, который будет сказываться в течение всей его жизни.
Пятнадцать лет назад я отрицал это, но теперь говорю с полной убежденностью: новорожденные уже имеют определенную личность прежде всякого влияния со стороны родителей. Любая мать, у которой больше одного ребенка, скажет вам, что у каждого их них с самого рождения совершенно особый характер. Множество специалистов в области детского развития в настоящее время единодушно признают, что эти хитро устроенные маленькие существа, именуемые детьми, рождаются уже отнюдь не "чистыми листами". В весьма ценном исследовании Чесса, Томаса и Бирча насчитывается девять типов поведения, с помощью которых можно классифицировать детей, причем эти различия в поведении имеют тенденцию сохраняться и в дальнейшей жизни. Сюда входят, в частности, уровень активности, отзывчивость, отвлекаемость и чувствительность. Но более всего меня интересует другая характеристика новорожденного (не упомянутая Чессом), относящаяся к тому, что можно было бы назвать "силой воли". Есть дети, которые, кажется, уже рождаются с простым, послушным отношением к внешним авторитетам. Будучи младенцами, они не слишком часто принимаются кричать и уже со второй недели могут спать в течение всей ночи. Они агукают с бабушкой и дедушкой, смеются, когда их перепеленывают, и весьма смирно дожидаются запаздывающего кормления. Такие дети, когда подрастут, ни за что, конечно, не будут безобразничать по дороге в церковь. Они обожают убираться в своей комнате и делать домашние задания и вообще могут часами занимать себя. Боюсь, что на самом деле таких детей не слишком уж много. Но все же их удается наблюдать в некоторых домах (не в моем, конечно!)
И совершенно точно так же, как одни дети бывают от природы послушными, другие, едва выйдя из утробы, сразу же показывают свой норов. Такой малый крайне бесцеремонно является на свет Божий и тут же пронзительным воплем заявляет о своем недовольстве температурой в родильной палате, неопытностью медсестер и тем, как администрация ведет дела в роддоме. Он ждет, что пищу ему подадут ровно в тот момент, когда он прикажет, и каждую минуту требует внимания матери. Проходят месяцы, и он все яснее проявляет свой характер, а когда начинает ходить - ветер превращается в бурю.
Размышляя об этих чертах детских характеров - о покорности и строптивости, я подыскивал иллюстрацию, которая могла бы пояснить столь сильный контраст человеческих темпераментов. Подходящая аналогия подвернулась мне в супермаркете. Представьте, что вы находитесь в бакалейном отделе и катите перед собой проволочную тележку. Стоит только слегка толкнуть ее, и она легко скользит на целых три метра вперед прежде, чем плавно остановится. А вы безмятежно идете за ней, швыряя в нее мыло, бутылки с кетчупом и булки. Милое дело - ходить так по магазину, и даже если тележка до краев полна, ею можно управлять одним пальцем.
Но не всегда поход в бакалею такое уж блаженство. Иной раз вы хватаете тележку, которая коварно дожидалась вас у входа в супермаркет. Вы по привычке толкаете ее вперед, но эта глупая штука резко дергается влево и с размаху врезает я в полки с бутылками. Вам, конечно, обидно, что железяка вас не слушается, и вы всем телом бросаетесь на рукоятку в надежде, что телега пойдет правильным курсом. Похоже, что она действует своим умом, когда сперва устремляется на коробки с яйцами, а затем, круто развернувшись и едва не сбив с ног какую-то бабусю в зеленых теннисных туфлях, въезжает в пакеты с молоком. И простейшее дело - купить те же самые вещи, которые вчера вы покупали с таким удовольствием, - сегодня превращается в бой с чудовищем. И когда, наконец, вам удается пригнать взбалмошную тележку к кассе, вы чувствуете, что уже совершенно выдохлись.
В чем же разница между двумя этими тележками? Да в том, конечно, что у одной колеса исправны и смазаны, и она катится, куда вам надо, а у другой - погнутые и вывихнутые, и она напрочь отказывается повиноваться.
Догадываетесь, как все это связано с детьми? Надо смотреть правде в глаза: у иных малышей, действительно, "вывихнуты колеса". Они не желают идти туда, куда их ведут, ибо их наклонности влекут их совсем в иную сторону. К тому же мамаша, "толкая" такую "тележку", должна тратить всемеро больше усилий, чем родительница, у которой чадо "с исправными и смазанными колесами". (Думаю, что только мать строптивого ребенка способна вполне оценить мою иллюстрацию.)»