И казалось бы, причем тут Иннокентий Петрович?

«–А все-таки, кто этот Иннокентий Петрович?»
       Из рассказа «Каляка Маляка (Иннокентий Петрович)» Estee

       «Старые песни о главном»
       Название музыкального телефильма (режиссер Дмитрий Фикс),
       показанного в ночь на I января 1996 г. по 1-му каналу ТВ России.
       Авторы проекта — Леонид Геннадьевич Парфенов и Константин Львович Эрнст

       «Через четыре года здесь будет город-сад!»
       Из стихотворения «Рассказ о Кузнецкстрое и о людях Кузнецка»
       Владимира Владимировича Маяковского

       «В траве сидел кузнечик»
       Николай Николаевич Носов

       «Страна должна знать своих героев»
       Крупный заголовок («шапка») на пятой странице газеты «Правда» (1931. 6 марта)

       «Парниковый период»
       Название статьи Льва Сафонкина «Учительская газета»

       «Мы с тобой одной крови, ты и я»
       Из сказочной повести «Маугли» английского писателя
       Джозефа Редьярда Киплинга

       «У природы нет плохой погоды,
       Каждая погода — благодать»
       Строки из песни, написанной композитором Андреем Петровым
       на стихи Эльдара Александровича Рязанова

       «Чунга-чанга»
       Название песни на слова Ю. Энтина из мультфильма "Катерок"



* * *
В нашей жизни уже не осталось привычной природы.
Вместо луга – асфальт, а столбы вместо елей и кленов.
И пускай городок наш еще щеголяет в зеленом,
Где березки росли – прорастают теперь небоскребы.

И пока мы учились, взрослели и пели о главном,
Город-сад превратился в железобетонные джунгли,
Истопталась трава и каштаны от смога пожухли...
Ну подумаешь травка, растет же ещё, ну и ладно!

Только в тридцать пять лет программист Иннокентий Петрович,
Находясь на балконе и думая с пивом о вечном,
Рассмотрел, что сидит на перилах балкона кузнечик
И изрек, что таких он и в «Квейке» не видел чудовищ.

Мы уже и не знаем, что раньше росли здесь дубравы,
Зеленели луга, а весной глухари токовали.
«Мам, а как называется птичка?» Но мама не знает,
И летит соловей воробьем окрещенный бесславно.

Нам из всей благодати природной одна лишь погода
Не дает забывать то, что люди не боги, а звери,
Что мы все элементы загаженной в хлам биосферы,
Пусть не крови одной, но единого племени-роду.

И пускай за углом караулят меня шовинисты,
А священнослужители прочат анафему с херем,
Мы ведь как и каштаны, и птички, и травка хиреем,
Ну а хире плевать на наличие в теле харизмы.

Иннокентий Петрович тем временем с пивом закончил
И вдохнул кислорода (иль то, что им только казалось).
Но не все оказалось полезным, что в тело попало,
Может воздух не тот, может пенный напиток просрочен...

И страна не узнает своих программистов-героев,
За заслуги его не представит к почетной награде,
И табличку «Здесь жил...» не повесит на грязном фасаде,
Но зато запретит потреблять на балконах спиртное.

И случится побочный эффект от такого запрета:
Парниковый период и прочие дыры в озоне
Вдруг исчезнут, срастутся, очистив природное лоно,
И мы будем друг другу дарить полевые букеты.

В городские кварталы придут настоящие джунгли,
Саблезубые тигры и прочие твари и пары.
Из березовых рощ будут вслед нам смотреть динозавры,
А мы будем плясать напевая про чанги и чунги!..

* * *
У природы действительно нет непригодной погоды.
Благодать да и только. Вот только асфальт со столбами...
И еще... Иннокентий Петрович по прежнему с нами,
И запретов страна никаких не давала народу...