Занимается утро печальное: Оголяются вишни в саду, Журавлиные крики прощальные Будто кличут какую беду, Перезревшие падают яблоки, Георгины, как звёзды, горят, И снимает листочки-кораблики Роща, словно девица - наряд. В доме пахнет антоновкой, шкурами, Медом, хлебом. И пахнет тобой… Ну, скажи, под какими амурами Я тебя повела за собой?! Не хотела, ох, как не хотела я Этим ядом тебя опоить… Завтра слухи пойдут оголтелые: -Слышь, а ведьмы-то могут любить! Пусть болтают и пусто забавляются, Пусть жена твоя сохнет с тоски… Утро только ещё занимается, Ты поспи, мой родной, ты поспи…
Занимается утро печальное:
Оголяются вишни в саду,
Журавлиные крики прощальные
Будто кличут какую беду,
Перезревшие падают яблоки,
Георгины, как звёзды, горят,
И снимает листочки-кораблики
Роща, словно девица - наряд.
В доме пахнет антоновкой, шкурами,
Медом, хлебом. И пахнет тобой…
Ну, скажи, под какими амурами
Я тебя повела за собой?!
Не хотела, ох, как не хотела я
Этим ядом тебя опоить…
Завтра слухи пойдут оголтелые:
-Слышь, а ведьмы-то могут любить!
Пусть болтают и пусто забавляются,
Пусть жена твоя сохнет с тоски…
Утро только ещё занимается,
Ты поспи, мой родной, ты поспи…
