Неделя у Аси была ужасной. Бирюк улетел к Але, но дальше вестибюля больницы не прошел. По документам он был никто, да и в реанимацию никого не пускали. Ася всё также находилась в стабильно тяжелом состоянии, коме. Помыкавшись несколько дней в городе, он вернулся домой. А тут новоявленный Алин муж очень активно распродавал её имущество, куриц порешил, общипал, заморозил, поглядывал на гусей и поросят в стайке. Уже не один раз слетал он в родную деревню, затарив машинешку свою постельным бельем, рулонами тканей и половиков, наборами новой посуды, коврами, которые Аля по давней деревенской привычке собирала в приданное дочерям. Узнав от соседей о творимых бесчинствах в дома Али, бирюк, не сдержавшись пару раз съездил муженьку по морде, и только повисшая на нем Ася не дала совершиться преступлению. Они с сыном силой увели бирюка от дома Али и несколько часов успокаивали разгневанного мужчину. В самом доме Аси тоже было не всё гладко. Даша мучала Павла воспоминаниями, требовала поехать на