Сегодня у нас намечен переход на западную сторону Ольхона, вокруг мыса Хобой. Мыс Хобой это северное окончание острова Ольхон. От деревни Узуры, где мы стоим идти до Хобоя примерно 11 километров вдоль берега. Проснулись в половине восьмого утра, Алексей приготовил поесть. Начали собирать палатку.
Я гулял по берегу и снимал. Утро было как обычно здесь холодное и ветреное.
Вернулся когда уже почти всё было собрано.
Собираем остатки и выходим, мы идем все таки на коньках, на нас одеты наколенники и каски для безопасности. По фотографиям видно что ровного льда у берега мало, во вчерашней прогулке до мыса Ижимей заметил что подальше от берега есть большие участки чистого льда. Иду начиная забирать вправо подальше от берега, вскоре остаюсь один. Остальная группа идет ближе к берегу, там можно хоть немного но укрыться от ветра, там же где я иду ветер хлещет нещадно.
Что не понравилось на зимнем Байкале, и про это уже упоминал вчера, везде видно присутствие человека, следы машин и людей. Отойдя от берега километра на два наткнулся на группу таких же конькоходов, идут специально подальше так как я и говорил тут лед намного чище и ехать проще. Своих давно потерял из виду, но точку знаю и иду туда, к мысу Хобой. В одном месте кусок чистого льда без торосов и больших трещин продолжался более двух километров, очень понравилось там ехать. Через какое то время нагнал ещё одну группу, как же много туристов даже в начале весны, а что тут летом делается тогда?
До мыса Хобой шел чуть больше двух часов.
Людей к моему приходу тут было немного, но следы жизнедеятельности человека были очень хорошо видны.
Хобой переводится как клык, и да, мыс похож на клык. Что запомнил отлично на этом месте, было впечатление что ветер дует со всех сторон одновременно. Так как был один, пришлось сделать селфи.
Спрятаться от ветра некуда, а наших все нет и нет, в итоге прождал на сильнейшем ветру более полутора часов, сам виноват, не нужно было отрываться.
Ближе к скалам во льду сделаны проруби, там ныряют дайверы. Пока ждал своих понаблюдал как это делается зимой, снимать не стал, не увидел ничего примечательного.
Сначала подъехали два Уазика- буханки с прицепами, прицепы - вагончики на санях. Теплые домики, или даже бани. Из труб вагончиков валил дым. Из машин выскочили ребята с бензопилами и начали вырезать лед, проруби прихватывает льдом. Через полчаса подъехали ещё машины, люди из приехавших машин перешли в вагончики. Через некоторое время, уже в дайверской амуниции выскакивали из вагончиков и опускались в проруби. Через некоторое время вылазили и отправлялись обратно в вагончики. Пока я ждал своих, успела подъехать вторая партия ныряльщиков.
Наконец то наши пришли.
Ещё с полчаса походили у мыса, затем выдвинулись дальше. Идти вдоль западного берега было невозможно, ледовые торосы были непроходимы. Мы начали углубляться в малое море Байкала, но нам нужно было на берег, без дров замерзнем, а запаса который тащили с собой не хватит на ночь. На удалении в пару километров от берега поверхность стала более ровная, повернули и пошли вдоль берега. Про коньки естественно тут можно было забыть, нам выдали что то типа кошек, в них и шли. Прошли километров пять от Хобоя, и повернули к берегу. Последние метров 300-400 до берега тащить волокуши не представлялось возможным, кто смог одел рюкзаки на плечи вместе с санками, кто то просто на руках перетаскал вещи к берегу. Небольшой заливчик, видно по всему что тут постоянно останавливаются.
Ставим палатку.
Залив.
Поставили палатку, приготовили ужин, день вроде бы закончен, пора спать.
В эту ночь нас постигла такая неприятность: на дрова собрали некоторое количество лиственницы, сосны было мало. Лиственница сухая, смолистая, но не горит. Мы приехали оттуда где нет такой породы дерева, и даже не думали что такое может случится. Век живи- век учись. Пока горит сосна, лиственница раскаляется до красна как металл, даже иногда вспыхивает, но самостоятельно не горит, и не дает тепла.
До утра все таки растянули запас дров, не замерзли.
Продолжение следует...
предыдущее