Люблю я, знаете ли, читнуть иной раз хорошую, приятную книжку. Анахронизм? Ничуть не бывало! Знаете, как успокаивает литература, когда вокруг нервический мрак, и не только уже веко дергается, но и щека? Сажусь я в кресло, включаю торшер, прихлебываю отвар из пустырника и открываю...
1. "Исторические корни волшебной сказки", Владимир Пропп.
Замечательный новатор Пропп применил структурный метод к самому сложному литературному материалу - фольклору. А потом подключил исторический, обрядовый контекст, чтобы выяснить: отчего все сказки мира похожи, кто такая Баба Яга, что на самом деле за царство такое - тридесятое, почему змей ворует царевну, а Белоснежка травится именно яблоком. Владимир Яковлевич - один из тех смельчаков, которые пытались приблизить литературоведение - область смыслов и субъективных толкований - к естественнонаучной точности. В своих работах "Морфология сказки" и "Исторические корни волшебной сказки" он приходит к удивительным выводам. Если первая монография - текст сложный, со множеством формул и схем, вторая книга - совсем не заумная. Хотите понять, что на самом деле рассказываете детям на ночь - почитайте. Разрыв шаблона обеспечен.
2. "Слово живое и мертвое", Нора Галь.
Вот с этой книжкой нужно познакомится всем - от пятиклассника до сварщика, от бухгалтера до министра. Отличную переводчицу и редакторшу Нору Галь бесило, как плохо люди владеют родным, русским языком, как они отвратительно строят фразы, как мало знают слов, как коверкают речь, причем и на заводе, и в газете, и даже в художественном творчестве, так бесило, что однажды она психанула и написала большую работу - КАК ГОВОРИТЬ ПРАВИЛЬНО. В "Слове" множество примеров порчи языка, встречаются повторения и тон нравоучительный отталкивает слегка, профессионалы могут в чем-то с Галь поспорить... Мне кажется, например, что она отчасти выхолащивает язык. Тем более, писалось все это в советское время, язык уже изменился... НО ГЛАВНОЕ - ВЕРНО. Канцелярит - зло. Преступно нагромождать в речи заимствования, когда вот они золотые отечественные синонимы - только руку протяни. Прежде чем "ляпать" - думайте: нет ли глупости в сочетании слов, не нарушается ли логика. У каждого языкового средства и каждой речевой конструкции есть ЗНАЧЕНИЕ. Включите ТВ. Поймете, что со времен Норы Галь говорить стали только хуже. Масштабы косноязычия поражают. Галь можно доверять. Это она перевела "Маленького принца", "Убить пересмешника" и огромное количество произведений мировой фантастики - от Азимова до Бредбери.
3. "Записки палеонтолога: по следам предков", Николай Верещагин.
Племянник того самого художника, который "Апофеоз войны" и внук того самого хозяйственника, который изобрел вологодское масло - стал знаменитым исследователем ископаемых древностей. Профессор Верещагин долгие годы руководил Мамонтовым комитетом Российской академии наук. Он - тот, кем пытались быть Хемингуэй и Джек Лондон - по-настоящему крутой мужик. И свой опыт экспедиций наш отечественный Индиана Джонс описал в книге "Записки палеонтолога". Оторваться невозможно.
4. "Мост короля Людовика Святого", Торнтон Уайлдер.
А теперь рубанем по художественной классике. Лучший по мнению критиков роман мало известного в России, но дико популярного в США мастера слова. Как шкатулка с редкостями эта книженция. В Перу рушится мост. Монах пытается постичь божий замысел, изучая судьбы всех, кто в момент катастрофы шел по переправе. Почему именно они? Крутость "Моста" в психологизме и философии, в подчеркнуто отвлеченной, хроникерской манере повествования при этом. А образы какие яркие! Книга совсем небольшая. По сути, повесть. Читается на одном дыхании.
5. "Рождественские каникулы", Уильям Сомерсет Моэм.
Не "Театр", конечно, но любопытно. Попытка "Чеширского кота" английской литературы двадцатого века и бывшего агента разведки, выполнявшего задание в 1917 году в России, разобраться, что же это за люди такие - русские. Маленький лондонский буржуа после встречи со странной русской девушкой в Париже полностью меняется сам и меняет свою жизнь. В маленьком, игрушечном мирке английского благополучия и благовоспитанности ему становится тесно. Русская сначала пугает его, потом путает, а затем он уже не понимает, где небо, а где земля. Взгляд наивный, по моему мнению, композиция стереотипна, но интересно.
Если Вам понравилось, лайкайте, подписывайтесь, будем дружить на нервной почве - любви к литературе и кино.
#литература
#художественная литература
#научно-популярная литература
#подборка книг
#книги
#чтение