- Вот, что она лезет в нашу жизнь?
Света раздражалась и кричала, красивое личико с безупречной кожей, наливалось багряно-синим цветом. Это ее очень портило, и девушка знала об этом, но удержаться не могла. Сил не было терпеть эти постоянные звонки, ее нытье и бестолковые разговоры, что отвлекали их от важных дел. Молодой муж, молча прятал лицо в монитор, и усиленно делал вид, что работает.
- Ей что, больше нечего делать, пусть занимается личной жизнью, в конце концов!
А ведь она права, на самом деле, они с женой взрослые люди, и хотят жить так, как им хочется. А мама названивает, вечно рассказывает о каких-то пустяках, задает глупые вопросы, и этим выводит из себя сына и сноху.
Нет, они конечно, всё понимают, мама вырастила его одна, выучила, помогла с квартирой, но в принципе, так делают все родители. Ничего выдающегося она не совершила, это был ее материнский долг. Ну и всё, сделала дело и отвали, дай молодым пожить в удовольствие.
Он никогда не сидел у нее на шее, еще подростком начал зарабатывать, помогая соседу ремонтировать автомобили в гараже. Дядя Саня платил приличные деньги, и поэтому, он считал себя ценным работником. Правда, сосед как-то ляпнул спьяну, что помогает ему стать мужиком, по просьбе мамы. Уж очень Фаина просила об этом, и даже денежки давала, чтобы он зарплату ему больше платил. Но протрезвев, свои слова взял обратно, сказал, что придумал спьяну, и не стоит обращать на это внимания. Да и мама возмутилась на подобные грязные инсинуации, клялась здоровьем, что такого не было.
Студентом он подрабатывал по ночам, брался за любую работу, одежду и обувь во всяком случае, покупал на свои деньги. Не все конечно, мама то и дело подкидывала денег, но всё же… Был самостоятельным с малых лет, так он любил рассказывать друзьям, которые не так преуспели в жизни, как он.
Никогда не обижал маму, помогал как мог, любил, но в последнее время она начала раздражать его все больше.
Нет, она не звонила по пять раз на дню, как мамы некоторых приятелей, у нее и времени на это нет. Работает, обеспечивает себя сама, так привыкла. Звонки были редкие, и то больше по делу, но с каждым разом он всё яснее ощущал, что с этой женщиной ему говорить не о чем. Раздражение росло, и он часто прерывал разговор, ссылаясь на занятость.
Сколько раз ей говорил:
- Живи для себя, развлекайся, наконец, у тебя есть время для этого, не нужно переживать обо мне.
Думал, может поймёт, отстанет от них наконец, не будет лезть со своими советами.
Он взрослый мужчина, у него бизнес налаженный, достаточно зарабатывает, и хочется пожить так, чтобы все завидовали.
Тем более что Свету ее звонки утомили, каждый звонок, это повод для ссор, и скандалов.
Ну, вот, снова пошли гудки, неймется же человеку!
Но это была не мама, звонил друг, приглашал в ночной клуб, они с подругой уже и столик забронировали.
Жизнь била ключом, кто же будет скучать, плакать, и сопли по лицу растирать, когда есть деньги!
Уметь нужно и зарабатывать, и тратить, успеть схватить удачу за гриву, скакать пока есть силы.
Дни за днями шли незаметно, прошли месяцы, и он вдруг проснулся среди ночи, от тревожной боли в груди, с левой стороны.
Что-то давило и мешало дышать, он встал, стараясь не разбудить жену, прошел на кухню, налил воды, и присел на стул.
Всё же было хорошо, с чего вдруг такая тоскливая боль в груди? Он перебрал в уме всё, что произошло за день, ничего особенного. Работа, заботы, вечером прекрасный ужин с женой в ресторане. Не найдя повода для беспокойства, он взял телефон, еще раз просмотрел звонки и сообщения, ничего особенного в них не было.
Прокрутил весь список звонков, деловые партнеры, поставщики, приятели и жена. Дела шли отлично, деньги лились хоть и не рекой, но на хорошую, безбедную жизнь их хватало.
Интересно, а ведь давно не было звонков от матери, что-то пропала она из эфира в последнее время. Он попытался вспомнить, когда она звонила, но как-то память не сохранила этот день. Незначительное для него событие, не привязалась даже ко времени года. Зимой может, с новым годом поздравила, или с 23 февраля? А может летом это было, когда хотела яблок из своей дачи привезти, и угостить?
Посмотрел переписку в сообщениях, и стало неловко, оказывается, прошел год, а он не поздравил ее ни с днем рождения, ни с праздниками.
Ой, как нехорошо получилось, был настолько занят делами, что не вспомнил о ней.
Завтра обязательно нужно позвонить, поговорить, извиниться. Она конечно, обрадуется, и простит, главное правдоподобно соврать про занятость.
Хотя, что толку врать, все равно не поверит, не настолько глупая, хотя и старая, без образования, и всю жизнь работала на тяжелых работах. Ему было стыдно, что мать у него простая женщина, не то что родители у Светочки, с ними не стыдно и на людях показаться.
Утром грудь уже не болела, зато появилось много дел, и звонок пришлось отложить. Да и не хотелось переживать этот момент стыда и неловкости.
Так прошли еще дни и месяцы, дела занимали день, веселье вечера и ночи.
И снова однажды под утро придавило сердце, причину он уже знал. Решил позвонить, невзирая на время, мама обрадуется, и совсем не рассердится.
- Абонент вне сети – произнес бесстрастный голос с металлическим звоном. Странно, она никогда не отключала телефон на ночь. Есть второй номер, можно попробовать позвонить по нему.
Гудки шли и шли, но в том конце провода никто не отвечал.
Пока спала жена, он тихо выскользнул из дома, и поехал к матери. Живут в часе езды друг от друга, а времени заехать так и не нашлось. Ну что же она сама не приезжала, неужели ей так безразлично, как он живет? Подумаешь, что Света ее не очень привечает, могла бы к сыну зайти, когда он один.
Было нехорошо и муторно в пустом желудке, подсасывало и ныло где-то под ребром. А тоска и тревога росли, и давили тяжелым грузом на сердце.
Возле подъезда он поднял голову, и посмотрел на родное окно на втором этаже, надеясь увидеть знакомые герани, и розовые шторы. Протер глаза, на окне штор не было, висели белые жалюзи, а на балконе почесывая пузо, курил незнакомый мужчина. Он забежал на второй этаж и нажал на кнопку, он был тоже новый. Заверещал, задребезжал резко неприятным звуком звонок, и дверь открыла заспанная, молодая женщина:
- Вам кого?
- А где Фаина Петровна – просипел он, казалось, что сейчас рухнут потолки, и взорвется мир.
- Вы, наверное, бывшую хозяйку ищете, - догадалась женщина.
- Ее здесь нет!
- А где она?
Ужас бился в воздухе, закрывал горло, мешая дышать.
- Я не знаю, мы живем здесь уже третий месяц, она продала квартиру, и кажется, уехала.
- Куда?
- Я не знаю, мы и не общались толком. Имя запомнила, когда документы заполняла.
Он стоял в подъезде, одурев от тяжелых мыслей, когда позвонила Света.
- Ты где, зая, я проснулась, а тебя нет…
В нос, растягивая звуки, пропела жена.
- Приеду, всё объясню.
Ему не хотелось разговаривать, тем более с ней, начнет сейчас скулить, ныть, капризничать. А если узнает где он, пиши пропало, устроит скандал, будет пляска с выходом, это она умеет.
Из квартиры на третьем этаже вышла соседка, и стала спускаться, держась за перила. Смешная шапочка и старенькое пальтишко, делали ее похожей на Шапокляк, в другое время он с удовольствием поострил бы над ее видом, но сегодня было не до этого.
- Ой, ты что ли Гришка, что-то я тебя давно не видала здесь. И не узнать какой красавчик стал. Чего приехал-то, соскучился по дому, где вырос, друзей захотелось навестить?
Было стыдно спрашивать о родной матери у соседки, но деваться некуда:
- Теть Лид, а мама куда уехала, не знаете?
Старуха хмыкнула, и оглядела его с ног до головы:
- Не ищи, нет ее, опоздал ты.
Рухнули небо и земля, дышать стало больно, и в глазах потемнело.
- Как нет?
- Так нет!
Старушка была довольна произведенным эффектом.
- Ну вот так, нет и всё!
- Умерла?
- Тьфу на тебя, идиот, разве можно так о матери говорить! Переехала, а куда, никому не сказала. Велела только передать, ежели ты придешь когда-нибудь и спросишь, что она объявится, когда захочет. Не интересовался как мать живет, когда ждала тебя, а нынче, не твое сопливое дело, знать, где она и с кем. Иди отсюда, пока я не рассердилась, и клюкой тебя не отходила.
Гриша сидел в машине, растерянный, и молча крутил в руках ключ. Как она могла переехать, даже не предупредив его, единственного сына, неужели ей наплевать на него.
А старушка прошла по улице до конца, и свернула во двор нового высотного дома. Нажала на кнопку домофона и зашла в подъезд, современный лифт со сверкающими зеркалами, поднял ее на 20-ый этаж за минуту.
Там ее уже ждали, стоя в открытых дверях, за которым пахло чем-то вкусным.
Не дав хозяйке даже рот открыть, старушка затараторила, ее распирала от той новости, которую, ей не терпелось рассказать.
- Ну, слушай, мать. Приходил Гришка твой, искал тебя, напугала я его маленько.
Старушка захихикала, вспомнив перепуганное лицо Гриши.
Фаина Петровна встрепенулась:
- Что ты ему сказала?
- Всё, как ты велела. Сказала, что ты только будешь решать, встречаться с ним или нет.
Помолчав, старушка вздохнула, всматриваясь в побледневшее лицо подруги:
- Может объявишься, сын всё-таки.
- Может и объявлюсь, но не сейчас. Вот слетаю на Занзибар, отдохну, я же столько лет мечтала об этом. Сама знаешь, как я подрабатывала, экономила, чтобы мечту детства осуществить.
- Не понимаю я, зачем тебе этот Занзибар, что ты там хочешь увидеть?
- Ничего особенного, синее небо, белые облака, и песок тоже белый, по которому гуляют черные-пречерные негры. А я, простая русская баба, сижу с бокалом шампанского, и смотрю на всё это.
- Ой, наговорила то, наговорила, мечтательница!
Старушка засмеялась, вытирая платочком набежавшие от смеха слёзы.
- Зря ты так говоришь, я ведь не только мечтаю, но и делаю. Вот просидела я всю жизнь на втором этаже старого дома, с окнами на грязный, пыльный угол с мусоркой. А так хотелось жить высоко, под облаками, и чтобы далеко было видать. Раньше, пока Гришу растила, я не могла себе этого позволить, уходило на еду и одежду всё, что зарабатывала. А теперь я выхожу по утрам на балкон, и облака здороваются со мной. А завтра улетаю в Занзибар, это я себе тоже, намечтала.
- Ой, и завидую я, и удивляюсь тебе, живешь в свое удовольствие, катаешься по курортам. Другая бы все глаза выплакала, что единственный сын за два года даже не позвонил ни разу.
- А о чём плакать, моя ты золотая. Он счастлив и богат, живёт с красавицей женой, я за него только рада. А что обо мне не вспоминает, так это на его совести. Жизни осталось на раз-два, и обчелся, еще не хватало ее на слезы тратить. Да и толку от слез этих, ты вон сколько рыдаешь, а детей всё равно не дождалась. Лучше бы собралась, со мной отдохнуть съездила куда-нибудь.
- Как же я поеду, а кошек кому оставим?
- Нашли бы кому оставить, таких одиноких бабулек тут пруд пруди.
- Ой, боюсь я так далеко летать, голова у меня закружится от самолетов этих. Не поеду я никуда, и не уговаривай!
- Ну и сиди тогда дома, да про моих не забывай, пока меня не будет.
Две кошки умывались на подоконнике, когда затрезвонил звонок.
- Кто это?
Удивилась старшая, серенькая с черными ушами, перестав вылизывать тощий хвост.
- Хозяйка на югах отдыхает, баба Лида уже приходила сегодня, корм насыпала, воды налила. Да и не звонит она, у нее же ключи есть, интересно, кому там неймется?
Они осторожно вышли в прихожую, и удивленно смотрели на дверь, усевшись на коврик.
- А если это собаки злые, которые внизу живут?
Беленькая, молодая кошечка испуганно прижалась к старшей подруге.
- У собак лапы маленькие, такие же как у нас, они дверь не смогут открыть, так что не бойся.
Серая на своем веку видела много, и ей можно было доверять.
- Тогда будем думать, что это хулиганы балуются, и не будем обращать внимания, правда!?
Кошки повернулись к двери задом, и потрясли брезгливо хвостами, выражая свое отношение к тем, кто звонил. Лучше есть из миски корм, спать на диване и терпеливо ждать хозяйку, чем обращать внимания на всякие пустяки.
Гриша вышел из подъезда раздраженный, ну где мать ходит, к ней сын пришел. Неужели, ей так безразлично, где он и что с ним? Между прочим, он с таким трудом адрес ее нашел, пришлось даже друзей в полиции напрячь.
Наверное, нет смысла пытаться с ней связи налаживать, она как была эгоисткой, так ею и осталась, только о себе и думает.
Права была Светочка, когда говорила, что она всю жизнь только для себя жила, а он еще ей не верил. Пытался оправдывать ее, не вслух конечно, так, в уме, когда не спалось…
И вообще, он хорошо помнит, как она его в угол ставила за двойки, и даже ремнем один раз ударила. А как он просил пожарную машину красную во втором классе, так и не купила, сказала, что денег нет.
А каша манная, всегда была сварена с комочками, хотя прекрасна знала, как он эти комочки не любит.
Разве любящая мать так бы поступала?
#семья #свекровь #мама была не права