Ближайший очаг "догородской" жизни - это огромнейший казахский некрополь Кашкар-Ата ("Отец Овец") у дороги на Форт-Шевченко, указывающий на то, что и до маяка на Меловом мысу было важное кочевье адайцев - самого непокорного и воинственного казахского племени.
Центр некрополя - едва ли не последний на Мангышлаке настоящий койтас ("овцекамень"), по сути дела скульптура барана (вот нонсенс для исламского мира!) на могиле чабана, скорее всего и давшая название некрополю - впоследствии койтасы эволюционировали в нечто более похожее на каменные сундуки. А где-то в дальней части Кашкар-Аты есть загадочный "мавзолей Дуни", к которому так и просится легенда о русской то ли дочери купца, то ли вдове младого офицера, унесённой в степь бесстрашным джигитом.
Или вот одинокий мавзолей Темир (1890-е) у дороги в Форт-Шевченко:
Есть здесь и геоглифы, но вместо древних аранов - советская звезда, более похожая на пентаграмму:
Километрах в 20 от города водитель обратил наше внимание на корпуса в степи. По его словам, здесь в 1980-х годах начанали строить нефтеперерабатывающий завод, который мог бы стать четвёртым в Казахстане (помимо Атырау, Павлодара и Чимкента), да помешала Перестройка.
Вернуться к этой идее казахстанские власти намеревались не раз, и если этот завод будет работать - водоснабжение Актау превратится в замкнутую систему: местная нефть - местный мазут - ТЭЦ - опреснители...