Пустыня вызывала у него дикие видения,
Такие, которые могли бы подойти ребенку призрака.
Где с черными утесами бурлят потоки,
Он наблюдал, как закипают вращающиеся вихри,
Джилл из их пены его ослепленные глаза
Увидел, как поднимается Речной Демон:
Горный туман обрел форму и очертания
Полуденной ведьмы или мрачного гоблина;
Налетел полуночный ветер, дикий и ужасный,
Наполненный голосами мертвых;
Далеко в будущем битва-пустошь
Его взор узрел ряды смерти:
Так одинокий Провидец, изгнанный из человечества,
Создал бестелесный мир.
Одно затянувшееся сочувствие разума
Все еще привязывал его к смертному роду;
Единственным родителем, на которого он мог претендовать
Происходил из древнего альпийского рода.
Поздно услышал он во сне пророка,
Предзнаменующий роковой крик Бен-Ши;
Звуки тоже доносились в полночь.
О скачущих конях, быстро несущихся
Вдоль галечной стороны Бенхарроу,
Где смертный всадник никогда не сможет скакать верхом;
Удар молнии расколол сосну, —
Все это не предвещало ничего хорошего