Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Татьяна Суровая

Есть те, у кого есть, в полночный час,Во сне взобрался на головокружительную башню,И, на грани того, что жужжало надНепрекращаю

Есть те, у кого есть, в полночный час, Во сне взобрался на головокружительную башню, И, на грани того, что жужжало над Непрекращающийся рев океанского прилива, Спокойно грезили своим опасным сном, Пока не разбудит утренний луч; Когда, ослепленный восточным сиянием, Такой поразитель бросил свой взгляд вниз, И увидел неизмеримую глубину вокруг, И услышал непрерывный звук, И подумал, что разрушенный забор такой хрупкий, Она развевалась, как паутина во время шторма; Среди головокружительного колеса его чувств, Разве он не испытывал отчаянного порыва, Стремглав броситься вниз И встретиться лицом к лицу с худшими своими страхами за будущее? — Таким образом, Эллен, ошеломленная и ошеломленная, Когда вокруг разверзлась внезапная разруха, Дико метнувшись через ужасы, Все еще для Дугласа, боявшегося больше всего, Едва ли могла противостоять отчаянная мысль, Чтобы купить его безопасность своей рукой. XXXII. Такой цели боялся, мог ли Малкольм шпионить В дрожащих губах и глазах Эллен, И нетерпеливо

Есть те, у кого есть, в полночный час, Во сне взобрался на головокружительную башню, И, на грани того, что жужжало над Непрекращающийся рев океанского прилива, Спокойно грезили своим опасным сном, Пока не разбудит утренний луч; Когда, ослепленный восточным сиянием, Такой поразитель бросил свой взгляд вниз, И увидел неизмеримую глубину вокруг, И услышал непрерывный звук, И подумал, что разрушенный забор такой хрупкий, Она развевалась, как паутина во время шторма; Среди головокружительного колеса его чувств, Разве он не испытывал отчаянного порыва, Стремглав броситься вниз И встретиться лицом к лицу с худшими своими страхами за будущее? — Таким образом, Эллен, ошеломленная и ошеломленная, Когда вокруг разверзлась внезапная разруха, Дико метнувшись через ужасы, Все еще для Дугласа, боявшегося больше всего, Едва ли могла противостоять отчаянная мысль, Чтобы купить его безопасность своей рукой. XXXII. Такой цели боялся, мог ли Малкольм шпионить В дрожащих губах и глазах Эллен, И нетерпеливо поднялся, чтобы заговорить, — но прежде Его язык мог поторопить его страх, Отмечал ли Дуглас лихорадочную борьбу, Где смерть, казалось, боролась с жизнью; Ибо к ее щеке лихорадочным потоком в одно мгновение прилила пульсирующая кровь, Затем отступает назад, с внезапным раскачиванием, Покинул свои владения бледным, как глина. - Родерик, хватит! довольно! - воскликнул он . - Моя дочь не может быть твоей невестой; Не то чтобы краснеть, чтобы ухаживать, дорогая, Ни бледности, свойственной девичьему страху. Этого может и не быть, — прости ее, Шеф, И не рискуйте ничем для нашей помощи. Против своего суверена, Дуглас никогда Поднимет мятежное копье. Это я научил его юной руке Обуздывать коня и владеть клеймом; Я все еще вижу его, прекрасного мальчика! Не Эллен больше моя гордость и радость; Я все еще люблю его, несмотря на свои обиды Поспешным гневом и клеветническими языками. О. ищите благодать, которую вы вполне можете найти, Без всякой причины добывать вместе взятые!'