А помните, как Пушкин в своих стихах называет имена — друзей, врагов — и как нам они не говорят ничего? Помните, как мы пропускаем их взглядом и как мы ленимся посмотреть их в энциклопедии? Порою напрасно.
Взять хотя бы известнейшее «Послание цензору». Все помнят: «Что нужно Лондону, то рано для Москвы // У нас писатели я знаю каковы». Но кто разберет о чем речь в следующей же строфе?
Не редко о твоей жалею я судьбе:
Людской бессмыслицы присяжный толкователь,
Хвостова, Буниной единственный читатель.
Хвостов? Бунина? Кто это? Какие-то бездари той эпохи, подумает читатель; графоманы, высмеянные Пушкиным. Правильнее сказать: литераторы, отмененные Пушкиным. И если к Хвостову мы вернемся в другой раз, то об Анне Буниной давайте поговорим в деталях. Очень уж она интересна для эпохи споров о феминитивах, кинофильмов в духе girl power и переосмысления гендеров.
Это первая значительная русская поэтесса. Анна Первая, как назвал ее Евтушенко:
Прабабка всех —
и Анны, и Марины,
Одоевцевой, и Раисы Блох,
она всех женщин пишущих мирила,
но тут, к несчастью, не помог и Бог.
Когда из живота чекисты Ольге
ребёнка вышибали сапогом, —
кровавые ошмётки и осколки
из Анны Буниной
и красной комсомолки
над всей Россией реяли кругом.
<…>
Есть в женщинах-поэтах постоянность
достоинства,
в отличие от нас.
Та Анна на коленях настоялась
за них за всех.
Анна, Марина и Ольга это Ахматова, Цветаева и Берггольц. Ахматова, как и Иван Бунин, еще и была отдаленным потомком Анны Буниной.
Почему «та Анна на коленях настоялась»? В 1822 году, когда Пушкин ехидничает над Буниной, ей почти 50 — и она смертельно больна. Она лечилась в Англии, но минеральные воды не помогают от рака груди.
В те годы Бунина могла писать только стоя на коленях, это было единственное положение, когда ей было не больно. Десятая муза, Северная Коринна, Русская Сафо писала стихи, превозмогая ужасные страдания. Обсмеяться, Александр Сергеевич.
Пушкина можно понять. Ему чуть больше 20, а это какая-то стихотворица на 25 лет старше — да еще и из вражеской партии. Он ведь был принят в «Арзамас», а та в «Беседу». Не только Пушкин, все арзамасцы издевались над ней (можно сказать: травили). Батюшков, например, писал:
Ты Сáфо, я Фаон, об этом я не спорю,
Но, к моему ты горю,
Пути не знаешь к морю
Суть шутки, повторенной, кстати, позже в «Карамазовых» в том, что в отличие от гречанки Бунина никак не кончит с собой. Можно надорвать живот от смеха.
Впрочем, Бунина нашла, как парировать:
Мужчины ж, милая... Ах, боже упаси!
Язык — как острый нож!
В Париже, в Лондоне, — не только на Руси, —
Везде равны! заладят то ж да то ж:
Одни ругательства, — и все страдают дамы!
Ждем мадригалов мы, — читаем эпиграммы.
От братцев, муженьков, от батюшков, сынков
Ловите еще немного фемоптики от Анны Первой:
На что училась ты стихам?
Тебе чтоб брать из своего все круга,
А ты пустилася хвалить мужчин!
Как будто бы похвал их стоит пол один!
Изменница! Сама размысли зрело,
Твое ли это дело!
Анна Бунина сделала себя сама. Она потеряла мать в младенчестве, отец сдал ее родственникам. Анна забрала свою долю имения и уехала в Петербург, где обучила себя сама и сошлась с известными литераторами. В «Беседе» она оказалась скорее лишь потому, что родилась на четверть века раньше Пушкина. Тому же Шишкову, патриарху этой партии, когда тот написал ей в альбом, что главное достоинство женщины — кротость, она отвечала так: «Унижая себя, теряет [женщина] главное и единственное пола своего преимущество».
А писала ли она занудно и по-старославянски решать вам. Я лишь покажу пример ее стихов:
Пламень лютейший
Душу палит;
Сердце томится,
Высохло всё:
Яд протекает
В жилах моих
Как по мне, пора бы добавить Анну Бунину в школьную программу и переписать наш канон.
По теме рекомендую прочитать также следующие книги:
Олег Проскурин. Литературные скандалы Пушкинской эпохи
Анна Бунина. Неопытная муза. Сборник, составленный Максимом Амелиным