Добавлять отчество к имени мы привыкли. Такова наша традиция. Но в Средневековье бывали случаи, когда к мужским именам «присоединяли» матронимы. Знакомьтесь: Олег Настасьевич, князь Галицкий. И он такой был не один. Встречались и другие случаи использования женских имён вместо отчества.
Князя Ярослава Галицкого прозвали «Осмомымсл», что буквально означало «восемь умов». По материнской линии он был внуком венгерского короля, тоже прославившегося мудростью – Кальмана Книжника. А в 1149 году Ярослав Осмомысл взял в жёны дочь Юрия Долгорукого. Но отношения с супругой у князя складывались непросто, и, хотя та подарила ему четверых детей, это не помогло склеить семейную лодку. В конце концов, Ольга Юрьевна уехала в Польшу, а Ярослав привёл в свои палаты красавицу Анастасию.
Сына его любимой Анастасии, Олега, и стали впоследствии называть Олегом Настасьевичем. Дескать, родился вне брака. Не чета законным отпрыскам князя. Правда, сам Ярослав предпочитал именно бастарда, любил его больше других детей, и как раз ему оставил Галич. Получилось, что Олег Настасьевич обошёл внука самого Юрия Долгорукого! Увы, радоваться ему долго не пришлось. Едва Осмомысла предали земле, как старший брат изгнал наследника, и тому пришлось искать поддержки у дальней родни. Последний раз Олег Настасьевич упоминается в летописях в 1188 году. Ему удалось ненадолго вернуть себе Галич, а потом восемнадцатилетний князь внезапно отправился в мир иной.
Матронимы – вместо отчества – иногда присваивали именно незаконным детям. Хотя в случае Василько Маричича всё было несколько иначе. На Руси этого претендента на византийский престол так называли, чтобы определить его статус-кво: не просто сын заморского Льва Диогена, а ещё и русской княжны Марии. С этим человеком всё вообще было очень интересно. Дело в том, что в начале двенадцатого века князь Владимир Мономах благословил союз своей дочери с сыном императора Византии, Романом IV.
Однако настоящий Лев пал в битве с печенегами, в 1087 году, и объявившийся в Киеве «византиец» явно присвоил себе чужое имя. Но Владимир Мономах признал его наследником империи, и даже выдал за него свою дочь. Была надежда, что у лже-Льва Диогена получится завоевать если не всю Византию, то, хотя бы, несколько крупных городов. Возможно, создать новое государство. И этим честолюбивым планам сбыться не удалось – самозванца устранили по прямому велению из Константинополя, а его маленького сына, Василия, пришлось воспитывать матери. В одиночку. Так и появился матроним: Василько Маричич или Маричинич – в разных источниках чуть иначе. Жизнь Василько оказалась короткой, ведь то было время распрей русских князей. 8 августа 1135 года он оказался в битве на реке Супое, где победу одержал черниговский князь Всеволод Ольгович.
Интересно, что младших детей ещё одного князя, Мстислава Великого, называли – в ряде летописей – Мачешичами. А не Мстиславичами. Были они сыновьями второй жены, и так их «отличали» от всех остальных. Точного имени этой женщины историки не знают. Мачешич - сын Мачеши? Или это ласковое производное от какого-то другого имени?
И датского короля Свена II называли, вполне официально, Эстридсен. То есть, сын Эстрид. Тут сыграло роль происхождение молодой женщины. Она была принцессой, дочерью короля, а вот в мужья ей достался ярл Ульф. И хотя он выполнял функции регента в отсутствие короля, в Дании не забывали, что положение его жены Эстрид явно выше. Так что их общий сын Свен стал Эстридсеном, вопреки традиции. И положил начало династии, которая правила датским королевством четыреста лет.
Матронимы встречались и позже. Помните любопытного персонажа романа Жюля Верна, Жака Элиансена Франсуа Мари Паганеля? У рассеянного учёного несколько имён, что не было редкостью в Европе, и среди них одно – женское. В восемнадцатом и девятнадцатом веке такое случалось в Испании и Франции.
Да что там! В городе Ивано-Франковске, когда он был частью Советского Союза, в 1944 году, рассматривали дело местного жителя. Это был Пётр Параскевич Романюк, родившийся в 1923-м. Параскева – женское имя, пусть и достаточно редкое. То есть, матроним наблюдался и в двадцатом веке!
И сейчас несколько граждан России добились внесения в свои паспорта не отчеств, а матронимов. В Екатеринбурге живет преподаватель Сергей Веро-Викторович, а в Томске – юная Елизавета Марьевна. Случаи единичные, но они есть. Скорее, как исключение из общего правила. Так что средневековый Олег Настасьевич был не один. Существовали (и существуют) и другие.
#наука #история россии #история #средневековье #семейные отношения #короли
Подписывайтесь на мой канал Ника Марш!
Лайки помогают развитию канала!