В Ки-Уэсте, самом южном городе Соединённых Штатов, девушка сидела на пороге бара и делала селфи на телефон. Ничто иное, кроме собственного лица, её не интересовало, и она не замечала меня.
А я за ней бесстыдно подглядывал: было что-то притягательное в том, как девушка самозабвенно отдавалась работе. Да-да, это походило на работу фотографа, который долго ищет нужный ракурс, а затем пытается поймать живое выражение лица. В какой-то степени она была исследовательницей и познавала себя.
Её увлечённость съёмочным процессом передалась мне: я заснял девушку, а потом сделал селфи и совместил картинки. Это казалось просто бессмысленной, хотя и приятной игрой. Но ведь не бывает ничего случайного. Я и подумать не мог, что забавная ситуация вдруг даст нужное направление мыслям, робко топтавшимся в моей голове, и они побегут совершать открытие.
Было раннее утро: бар закрыт и на улицах - пусто. Солнце катилось всё выше и намекало, что к полудню ожидается пекло. Я читал книгу "Бытие", и мне надо было успеть разобраться с историей Авраама, отправившегося в землю Мория, для того чтобы принести во всесожжение любимого сына Исаака.
Вот что меня смущало: я был уверен, что Авраам посвятил Исаака в суть дела, и тот добровольно, осознанно пошёл на заклание. Когда в начале девяностых мы с детьми смотрели американские мультики на библейскую тему, в них именно так всё и рассказывалось.
"Где же агнец для жертвы?" - спрашивал удивлённый Исаак, и Авраам признавался: "Жертва - ты, сынок". Исаак успокаивал отца: "Не плачь, папа, ты сам говорил, Он может всё, а мы должны Ему повиноваться".
Точно так же история заклания собственного сына передана и в мультфильме "Авраам и Исаак", и всё это прочно засело в моей голове.
Однако, перечитав пять раз 22-ю главу "Бытия", я так и не нашёл упоминания о том, что Исаак был предупреждён о происходящем. Выдумка? Позднее домысливание? В принципе оно укладывается в библейскую логику, но... жившие во мне ранее образы предательски исчезали вместе с утренней прохладой. И девушка наконец удовлетворилась творческим процессом, встала и вдруг заспешила по важным делам - а я-то думал, что во Флориде вообще никто никуда не торопится.
Я посмотрел ей вслед и вдруг понял, что нужно искать контаминацию смыслов, как соединение двух снимков. Не сразу, но нашёл там, где и не подумал бы искать, - в Коране.
Сравните сами. Перевод Саблукова:
Когда он пришёл в состояние трудиться вместе с ним, тогда он сказал: сын мой! Я видел во сне, что приношу тебя в жертву; рассуди и скажи, что ты об этом думаешь. Он сказал: батюшка, делай что повелено тебе; ты увидишь, что я, если угодно Богу, буду терпеливо покорен.
Перевод Османова:
Когда сын достиг того, чтобы разделить усердие с ним, [Ибрахим] сказал: "О сын мой! Воистину, я видел во сне, что я приношу тебя в жертву с закланием. Что думаешь ты [об этом]?" Сын ответил: "О отец мой! Поступай так, как тебе велено. Если так будет угодно Аллаху, ты найдешь меня терпеливым".
Вот так, несмотря на то что в Коране Ибрахим ведёт на заклание не Исхака, а Исмаила, тексты двух священных книг объединились в одной легенде. Не знаю, как вас, а меня эта история порадовала. Когда великие культуры имеют точки соприкосновения, возникает основа для взаимопонимания.