Найти в Дзене
Поговорим о жизни

Встать, суд идет

Следствие тянулось практически до конца мая, меня к следователю, как потерпевшую сторону приглашали всего один раз. В принципе я ничего и рассказать то не могла, так как в сущности толком ничего не знала, а чужие сплетни я не слушала. На конец мая было назначено судебное заседание, вместе со мной поехала и Юлька, а точнее они меня туда возили с Егором на своей машине. - Слушай, Юль, как ты думаешь, стоит ли требовать, чтобы Наташку посадили? - спросила я сестру, когда мы ехали в Чебаркуль. - Мне сложно сказать, возможно и не надо на этом настаивать. Что у них там точно произошло, мы не знаем, да и не узнаем никогда. Посмотрим по обстоятельствам. - ответила Юля. Но наш миролюбивый настрой, резко сменился на воинственный, лишь только мы увидели сноху. Наташка приехала не одна, у неё в группе поддержки был какой-то потрепанный мужик в наколках, с которым она держалась за руки. Мамин новый бойфренд, как сказала нам племянница. Мимо нас она прошла молча, даже не поздоровавшись, гордо задр

Следствие тянулось практически до конца мая, меня к следователю, как потерпевшую сторону приглашали всего один раз. В принципе я ничего и рассказать то не могла, так как в сущности толком ничего не знала, а чужие сплетни я не слушала.

На конец мая было назначено судебное заседание, вместе со мной поехала и Юлька, а точнее они меня туда возили с Егором на своей машине.

Фото из свободного доступа
Фото из свободного доступа

- Слушай, Юль, как ты думаешь, стоит ли требовать, чтобы Наташку посадили? - спросила я сестру, когда мы ехали в Чебаркуль.

- Мне сложно сказать, возможно и не надо на этом настаивать. Что у них там точно произошло, мы не знаем, да и не узнаем никогда. Посмотрим по обстоятельствам. - ответила Юля.

Но наш миролюбивый настрой, резко сменился на воинственный, лишь только мы увидели сноху. Наташка приехала не одна, у неё в группе поддержки был какой-то потрепанный мужик в наколках, с которым она держалась за руки. Мамин новый бойфренд, как сказала нам племянница. Мимо нас она прошла молча, даже не поздоровавшись, гордо задрав нос. С Леркой она тоже не разговаривала, ушла в конец коридора, села держась за ручки со своим новым мужчиной, словно влюблённая парочка и о чём-то тихо разговаривали.

А мне стало просто горько, ещё нет и полгода, как похоронили брата, а она уже нашла ему замену. Будет получать на детей за него пенсию и пропивать со своим новым хахалем, может и не одним. Имела бы совесть, хоть бы перед нами не светила своим хахалем. Но ни совести, ни ума у неё похоже не было. Злить меня ей точно не надо было. Если я была намеренна спустить всё на тормозах, то теперь то уж точно не спущу. Вот фигушки! Пусть её садят. И я об этом сказала сестре, Юлька меня поддержала.

На суде, когда Наташке дали слово, она сказала, что отца зарезала Лерка, а она в начале взяла вину на себя, так как пожалела дочь, не хотела, чтобы та села в тюрьму.

- Но потом я подумала, что если меня посадят, то с кем будут младшие и поэтому изменила показания. Теперь я говорю правду.

Лерка, рассказала свою версию происшедшего. Дали слово и мне, как представителю потерпевшей стороны, попросили рассказать о том, что я знаю о происшедшем и о том, как жили мой брат и его семья.

- О том, что у них произошло, я знаю только с чужих слов, поэтому и говорить об этом не буду. Единственно, что хотела бы сказать, что я верю своей племяннице, а не её матери. О том, как они жили? Да плохо, они жили. Наталья изменяла мужу, вот и сейчас она приехала с любовником. Сергей ревновал её и отказался от хорошего места работы в городе, только по той причине, что не доверял жене. Я считаю, что Наталья виновата и прошу суд назначить ей максимальное наказание, предусмотренное законом.

- Но, в этом случае детей отправят в детский дом, разве им там будет лучше?

- Я считаю, что им там действительно будет лучше. Детям, где угодно будет лучше, чем с такой матерью. Её младшей дочери уже восемь, а она еще не учится. Старшей пятнадцать, а она закончила только седьмой класс и при этом живет совершенно в чужой семье. И не просто живет, а спит со взрослым мужчиной. Как вы думаете, как скоро её младшие дочери окажутся в такой же ситуации и в чужой постели?

Наташке дали четыре года и шесть месяцев и арестовали в здании суда.

Я сказала своим, что если мне дадут разрешение на опеку над детьми, то я её оформлю. Ни муж, ни дети не возражали, и мы вплотную занялись документами. А пока в Чебаркуле в отделе опеки я написала заявление и нам разрешили взять детей на месяц. Что бы как-то их отвлечь от того, что произошло, мы на семейном совете решили отправиться с ними на сплав по Аю.

Про сплавы по Аю, реке, протекающей по территории Челябинской области и Башкирии, я узнала совершенно случайно.

Сергей иногда ездил на заказ. Возил группы на различные соревнования, обслуживал свадьбы, похороны, доставлял туристов на сплавы. Ему этот вид заработка нравился куда больше, чем работа на линии. Вот в одну из таких поездок, когда он повез народ на сплав, я и напросилась с ним. Андрей, парень что договаривался с мужем об аренде Форда, рассказал мне, что река спокойная. Бурная она только во время таяния снегов и полной воды. Места очень красивые, вокруг интересные скалы, пещеры, а летом сплавляются даже с малышами.

Андрей не соврал, на реке мне очень понравилось уже в Межевом. И я уезжала с идеей попробовать сплавиться самим. Приехав домой, залезла в интернет и вскоре уже знала и о реке, и о пещерах, и о стоянках. Знала сколько стоит катамаран, где его можно взять в аренду. А через месяц с небольшим три семьи, моя, Юлькина и Николая, брата Егора, уже собирали каты на берегу Ая.

С тех пор я заболела этой красивой рекой и неоднократно организовывала сплавы для своей семьи и для друзей. Сплав с детьми брата был у нас вторым, но далеко не последний.

Предыдущая публикация

Первая книга полная версия живет здесь

Вторая книга живет здесь

Продолжение