Классно-урочная система построена на делении чего-то целого на куски. Людей на классы, материала и времени — на уроки. Слона едят по кускам, это удобнее — и нет другого способа съесть слона. Слона ели так столетиями и будут есть и дальше так же. Так говорят защитники классно-урочной системы.
Логично? Логично.
Классно-урочная система работает хорошо, если каждый составляющий её элемент не задает вопросов и не выступает с протестами. Тебя определили в такой-то класс, в такую-то группу людей, ты должен идти с ней в определенном опять же не тобой и не группой направлении — в направлении сервированного слона. И поглощать его со средней скоростью группы. Или даже не так — со средней скоростью, определенной опять же не тобой и не группой. А кем-то, кто знает как.
Вам дают разрезанного на куски слона, и вы методично его едите — кусок за куском, пока он не кончится. Или даже не так — пока не кончится отведенное на его поедание количество лет. Оно тоже определено не вами. А кем-то.
Кормящие будут сокрушаться, что раньше дети ели с бОльшим аппетитом, что слоны раньше были крупнее — и с ними справлялись лучше. Одни кормящие из человеколюбия будут пытаться выводить слонов карликовой породы, которых осилят нынешние едоки — и чувствовать фрустрацию от реальной ублюдочности этих карликов по сравнению со слонами прошлого.
Другие человеколюбцы, протестуя против ублюдочности, будут предлагать несколько кусков слонов нормальных, тех, которые раньше съедались целиком — и тоже чувствовать фрустрацию от того, сколько же кусков остается невостребованными на складе.
Третьи, человеколюбием не отмеченные — и их большинство, — будут просто запихивать коленом то, что запихивали 30-40-50 лет назад.
У многих едоков при всех трех подходах регулярно приключаются тошнота и колики. Но их привычно купируют средствами разной степени паллиативности. Кормящие тоже когда-то были едоками, в аптечках проверенные лекарства.
Короче, классно-урочная система — работает.
Я с этим не спорю. Работает. Только если мы считаем, что задача съесть слона и занять едоков все еще остается актуальной. И если у исполнителей задачи нет права голоса.
Если же мы будем индивидуализировать каждый отдельный случай и дадим едокам (да и кормящим) право на субъектность, осознанность и голос, мы можем узнать, например, что многие из них предпочли бы слона не есть, а, например, рисовать; есть, но совсем не слона, а скажем, рыбу палтус(а) или вообще капусту; сделать паузу и некоторое время отдохнуть от пищи. А кое-кто был бы способен съесть слона гораздо раньше, чем его группа, и переключиться, допустим, на жирафа... Короче, разброд и шатание, индивидуальные скорости и свои пищевые привычки. Возможно ли это в массовой школе? Не похоже ли это на возврат к хаосу, который же придется как-то структурировать? И что же это будет за общество, у которого в анамнезе нет общего меню?
Я раньше тоже был приверженцем классно-урочной системы. А сейчас и сам стал по-другому питаться, и перестал понимать, почему не дать питаться по-другому другому.
Почему человек должен быть привязан к группе? Почему не может двигаться со своей скоростью? Почему не может погрузиться во что-то на дольше, чем отведенный на это урок? Почему не может выбирать себе треки разной длины и интенсивности, модули, уровни, ходить на занятия к людям другого возраста, менять преподов, сам определять время, когда он готов отчитаться по теме и получить внешнюю оценку?
Почему не может группировать и объединять предметы, включаться в деятельность, которая и задаст приоритеты в предметных областях — мне, пятикласснику, сегодня надо научиться ставить запятые при союзе КАК, а не в восьмом классе, потому что я редактор сайта и отвечаю за грамотность, а там несколько таких случаев? Почему он не может послать нах неэффективные уроки и просто приходить сдавать работы, если он быстрее освоит тему по роликам ютуба?
У меня миллион вопросов — и дай бог десяток ответов на них. Но я вижу, как в современной школе этих ответов становится с каждым годом все больше, как люди придумывают способы размыкания классно-урочных клеток, перепиливая то тот, то этот прут решетки. Как оно будет в итоге — не знаю, думаю, не доживу точно. Но в то, что образование на новых началах, в новых организационных формах возможно, тем не менее верю. Не как в фантазию. Как в естественное развитие событий.
Да и если толково инвентаризировать то, что уже сегодня есть и точечно вошло в практику, уверен, что мы удивимся тому, как этого на самом деле много.
ПыСы: при написании этого материала ни один слон не пострадал.