Маараль из Праги (города, где я не оставляю надежды побывать) в своем Гур Арье на Брейшис 18.4 пишет: «если люди поклоняются Веельзевулу (повелителю мух), то несложно себе представить, что они могут обожествить и пыль на человеческих ногах» [страница 106 в иерусалимском издании 1972 года]. Понимаю иронию мастера, но. Но, всё же, как мне представляется, культ Повелителя мух, Веельзевула, который дожил как минимум до рубежа эр (мтф 12.24) – максимально логичен и чёток. Муха – естественный спутник тления. В благословенные времена, на уроках криминалистики, мы даже проходили стадии распада и то, как это связано с крылатыми насекомыми: имбибиция, гипостаз, стаз – увлекательнее было только банкротное право. Так вот, мне подумалось: у данного поклонения имеется железная причинно-следственная связь: мухи, как вестники пришедшей смерти, могли восприниматься и скорее всего воспринимались как психопомпы, проводники в мир умерших, подобно Харону. Еще в столь недавние советские времена, собираясь на кладбищах люди клали ломоть хлеба на могилку, приговаривая: а птичка склюёт и принесет покойнику; было поверие, что когда божья коровка сядет на руку, нужно загадать желание – она вспорхнет и принесет его на Небо. В Зороастризме имеют место так называемые дахмы «башни молчания» - умершего кладут на конструкцию высотой около 6 метров, где он становится добычей хищных птиц; естественно, неспроста. Люди верят в то, что птицы переносят душу умершего Туда. Итак, связь летающих насекомых и птиц с загробным миром – повсеместна, повсевременна и очень органична человеку. В поклонении повелителю мух, стало быть, искали ответ на вопрос как душа может сохраниться после смерти тела – наверняка, мухи -проводники в загробный мир, не иначе. Так что, на мой взгляд, вера в Веельзевула глубоко ошибочна и язычна, но далеко не так нелепа как вера в дорожную пыль.