Когда я готовил выпуск по концептуализму и феномену «современного искусства» (https://www.youtube.com/watch?v=eXDDgwWzvKA), вспомнил, как стал свидетелем жаркого спора школьников о том, что является искусством, а что нет. Школьники тогда грешили тем же, чем и многие взрослые в подобной ситуации. В их речи смешивались два разных понятия: «искусство» как таковое, как явление – и искусство как «хорошее» («высокое»/ «правильное»/ «полезное» и т. д. - нужное подчеркнуть) творчество. Искусство в первом значении определяется исключительно культурным контекстом, искусство во втором значении определяется субъективной оценкой человека или определенной группы людей. И подобная путаница возникает с разными словами культурной сферы, скажем, даже с самим словом культура (ср. «культура» в антропологическом смысле, например, как культура определенного народа – и «культура», которую мы имеем в виду, когда говорим про то, что кто-то ведет себя «некультурно»). Мне кажется, проблема в том, что если в теории в школе нас должны приучать к различению разных смыслов этих слов, то на практике школьное образование, наоборот, часто подталкивает к смешению этих понятий, к неточности в мышлении.
Все дело, вероятно, в жуткой «оценочности» школьного гуманитарного знания. Оставим даже в стороне традицию школьной истории, которая тянется с советских времен и построена на том, что наш общественный строй самый хороший на свете, а все остальные существуют лишь так, для фона. Возьмем литературу. Обязательной задачей каждого урока литературы (это прописывается в программе и в поурочном планировании) является задача «воспитания вкуса». При этом для чиновников системы образования (и для большинства учителей, родителей, самих школьников) суть этой странной формулировки в следующем: есть некий правильный «хороший вкус», к которому надо приобщать. То есть существует четкий набор художественных текстов (скажем, список литературы в кодификаторе ЕГЭ), все умные (образованные/духовные и т. д. – нужное подчеркнуть) люди любят читать эти книжки, а более «простые» книжки читать не любят. А если ты не любишь Некрасова, а любишь «Гарри Поттера», то ты просто плохо образован, и учитель должен тебя «научить» любить именно Некрасова. Ну, с музыкой, изобразительным искусство и кино все то же самое.
Думаю, причина такого подхода кроется в двух особенностях нашей культуры. Первая – это устоявшийся еще в соцреализме образ «правильного» (читай – идеального) человека. В данном случае речь идет о том, что «культурный человек», каким он рисуется в школе, читает только классику, всегда говорит лишь правильным книжным языком, думает только о высоком и серьезном, никогда не тратит времени попусту, в общем, он всегда находится в непрерывном процессе выполнения какой-то важной цели. Между тем, очевидно, что таких людей не существует. В реальности через пару дней такой жизни любому человеку потребуется помощь психиатра. Человеку нужно отдыхать. Человеку нужно уметь переключаться, нужно менять тип деятельности. И когда человек хочет получить положительные эмоции, он может пойти разными путями. Иногда хочется послушать музыку, а иногда – съесть бутерброд с колбасой. Если порой ты вечером идешь на весь вечер в ресторан вместо того (!),чтобы пойти в театр, ты ведь не становишься плохим (бескультурным/примитивным – нужное подчеркнуть) человеком. Но почему-то если вместо похода в оперу человек выбирает поход в кино на легкий боевик, многим так и хочется скорчить презрительную мину.
Мы готовы оставить за человеком право любить мясо, а не рыбу, но почему-то часто не готовы дать ему возможность самому выбирать, на какой спектакль пойти. Потому что в соответствии с образом «правильного» культурного человека нужно не просто всегда выбирать «духовное» благо вместо «материального», но еще и выбирать «правильное» духовное благо – и последнее даже важнее. Между тем, понятно же, что эстетическое удовольствие может быть разным. В какой-то момент тебе хочется почитать что-то серьезное, испытать сильное эмоциональное и/или интеллектуальное напряжение, но в какой-то момент хочется отвлечься на что-то простое, не требующее душевных сил, но позволяющее расслабиться, прийти в себя. И это совершенно нормально. Я как-то помогал с переездом семье профессоров-филологов, среди вещей нашлась целая коробка книжек Донцовой. Половина моей собственной диссертации посвящена «Школе для дураков», тексту, который считается одним из сложнейших в русской культуре, и я занимался этим романом с огромным удовольствием – но я также люблю порой почитать Макса Фрая, а то и вообще – о ужас! – какого-нибудь Белянина или еще что-нибудь подобное, что читал еще в детстве. Само по себе потребление даже очень простых текстов массовой культуры не мешает в другие моменты в другом настроении стремиться воспринять что-то более сложное. Нет ничего плохого в любви к так называемой массовой культуре – сама по себе она определяет интеллектуальный, культурный уровень человека не в большей степени, чем любовь к бутербродам с колбасой.
Другая особенность нашей культуры состоит в привычке всегда и во всем находить «правильную», единственно верную точку зрения. Ну не любит официальная культура плюрализм, и в системе образования это хорошо видно. Подобная специфическая оценочность нам настолько привычна, что зачастую кажется естественной. Между тем, стоит над этим хоть на секунду задуматься, мы поймем, какая это глупость. Мы же вроде бы все понимаем, что вкусы у всех людей разные, и это нормально. Так почему учитель должен считать, что его личный эстетический вкус «правильный», а все остальные нет? Или что «одобренный» кем-то свыше эстетический вкус самый верный (я даже не знаю, что тут хуже)? По-моему, всё это приводит к совершенно ненужному психологическому насилию над детьми (попробуйте пожить 10 лет в обстановке осознания собственной ущербности, связанной с тем, что Толстой кажется вам занудным, а за любовь к фэнтези вас постоянно шпыняют взрослые). Мне тут сразу вспоминается мысль Фуко о сходстве школы и тюрьмы как институтах контроля тела, а также мысль Шаламова о том, что в лагере самым страшным является навязывание своей или чьей-то чужой воли другому человеку...
Я – как учитель – всегда отделяю субъективную эстетическую оценку от любых «профессиональных» высказываний. Мне невероятно скучен Некрасов, но я филолог, я могу проанализировать его тексты, могу понять и рассказать другим, что он сделал для развития русской литературы. Я лично не могу без смеха говорить о стихах Есенина (по крайней мере, за исключением самых поздних), но я могу с интересом разбираться в том, как он выстраивал свой имидж и как раскручивался, и я могу показать это школьникам. Я не собираюсь учить школьников любить Некрасова или Есенина. Но я и не собираюсь учить школьников любить тех авторов, которые нравятся мне. Все просто: я не собираюсь учить школьников любить – это абсурдно, просто вслушайтесь в формулировку. Каюсь, я всегда систематически подменял задачу «воспитания вкуса» задачей развития мозгов.
Это, безусловно, влияет на то, что дети читают – по крайней мере, если мы говорим об условно «высоком» искусстве. У каждого бывает настроение получить условно «сложное» эстетическое впечатление, а не просто расслабиться. Если ты разбираешься в литературе, тебе станет скучно читать басни Михалкова, и ты захочешь почитать что-то более изощренной структуры. Но, ей-богу, твое интеллектуальное/профессиональное развитие вовсе не обязательно повлияет на то, что ты читаешь/смотришь/слушаешь, когда тебе нужно простое развлечение. Интерес к текстам высокой культуры можно пытаться разогреть, показав, как эти любопытно устроены эти тексты – но нельзя пытаться поддержать такой интерес просто путем принижения развлекательной литературы, путем унижения школьников, которые хотят иногда развлекаться.
Твои вкусы – это твои вкусы. Дорогой абстрактный (может, давно уже бывший) школьник, прими это и возрадуйся! Твой вкус нормальный, каким бы он ни был – просто помни, что это же касается любого человека. Важно не приобщаться и приобщать других к «правильной» точке зрения, а учиться и учить видеть и понимать другие точки зрения. Знаете, в чем разница между перформансом и хулиганством? В том, что в первом случае должен быть хоть кто-то, кто воспринимает происходящее эстетически. И хорошо бы понимать взгляд таких людей, а не просто отбирать у них право своего видения мира – а то придется жить в мире, где все вокруг сплошные хулиганы, а это скучно и неприятно.
В общем, на мой взгляд, настоящее воспитание вкуса равно воспитанию понимания вкуса других людей. А это дает человеку возможность ценить то, что нравится ему самому – без оглядки на моду или риторику школьной системы...