Помнится, Клим Жуков в своей статье, как раз о данной серии книг Александра Бушкова, упрекал последнего за умышленный примитивизм изложения материала и пошлые анекдоты. Не знаю насколько правильно привлекать читателей подобным «штилем», мне просто непонятно зачем читателям это нужно.
Конечно, методы изложения текста, скажем, у академика Б.А. Рыбакова, многим покажутся слишком сухими, но я не думаю, что и манера повествования, как у Коляна из «Реальных пацанов» найдет много поклонников. Во всяком случае «на длинной дистанции». Но главная проблема «Острова кошмаров» и других публицистических книг А. Бушкова даже не в своеобразном «фирменном» тексте, а в том, что этот текст «своим пацанам» в гараже не перескажешь. По каждой персоналии у Сан Саныча (как любят называть его преданные читатели) такое количество ляпов, что диву даешься. Вот и задумываешься – какую ценность имеет книжка, наспех состряпанная из обрывков художественных произведений и околоисторических баек с анекдотами?
Выбранная случайным образом книжка из серии «Остров кошмаров», по «зловещей» истории Англии - «Томагавки и алмазы», иллюстрирует такой беспечный авторский подход (а, и так сойдет!) наилучшим образом. В первой части А. Бушков разбирает первых английских королей из династии Ганноверов. И по каждому из них, читая, задаешься двумя основными вопросами – откуда же автор это взял и почему у него так все перепуталось?
Георг I.
«Приехав в Лондон, новоявленный король немало потешил добрых англичан – он привез с собой двух уже пожилых давних фавориток, Кильмансэгге и Шуленберг. Первой очень быстро пожаловал титул графини Дарлингтон, вторую сделал герцогиней Кендал. Графиня, высокая и тощая, как жердь, тут же заработала у остроумных лондонцев прозвище «Майский шест». Герцогиня, полная ей противоположность, женщина, как бы поделикатнее выразиться, весьма и весьма приятной полноты, очень быстро была прозвана «Мадам Элефант», то есть «Мадам Слон». С моей точки зрения, странноватые у Георга были вкусы…»
То, что англичанам того времени было невдомек – ну не разбирались (да и не хотели особо) чопорные подданные Георга в хитросплетениях германских семейств, давно уже выяснено. Начнем с того, что впопыхах Сан Саныч перепутал графиню с герцогиней – это Дарлингтон- Кильмансегге была полноватой дамой, а Шуленберг наоборот слишком худой, «дома» в Ганновере, ее и прозвали еще более резко, чем «Майский шест» - «Чучело».
Кроме всего прочего София-Шарлотта, ставшая графиней Дарлингтон (1675-1725) вовсе не была любовницей короля Георга, как подумали вначале все придворные. Быстро выяснилось, что это незаконнорожденная сестра нового короля – признанная дочь его отца. Говоря, как раз словами А. Бушкова – а, вот в чем дело, решили англичане. А мы-то думали… Ну, раз сестра, так это другое дело, у нас испокон веку короли своих родственников побочных привечали.
Вот и получается – король тешил англичан, а Сан Саныч тешит читателей.
А вот уже о Георге II.
«Как и у отца, в семействе Георга случились свои досадные неприятности. Правда, в случае Георга Второго они касались не его жены, образца супружеской верности (серьезно, без дураков), а дочери Софии. Принцесса по уши влюбилась в своего оруженосца Томаса Гарта и родила от него ребенка, разумеется, внебрачного. Как частенько случается, со временем пылкие чувства кавалера растаяли, и Софию он покинул. Что сталось с ним и с их внебрачным сыном, мне неизвестно. А вот София… Никаким репрессиям отец ее не подвергал, она сама стала добровольной затворницей в своих апартаментах, практически их не покидала, целыми днями занимаясь пряденьем и вязанием. Так и состарилась, год за годом все сильнее теряя зрение. Когда она совсем ослепла, ее увезли в один из отдаленных королевских замков, где она и умерла, забытая всеми… Печальная история.»
Ну, что же, давайте серьезно. Во-первых, принцесса более известна по своему первому имени – Амелия. В современных США, к слову, есть остров и округ, названные в честь нее, соответственно, остров Амелия и округ Амелия. Замужем она действительно не была, но и затворничеством не увлекалась. Была управительницей одного из королевских парков, некоторым образом занималась благотворительностью, но судя по суммам не слишком щедрой. Во-вторых, по-видимому, А. Бушков взял фамилию «Гарт» из какого-нибудь художественного романа, в исторических документах простолюдин-любовник принцессы известен «почему-то» под именем Томаса Арнольда.
В-третьих, всем англичанам известно, что стало с предполагаемым сыном принцессы Амелии от действительно имевшего место романа с Томасом Арнольдом. Сына Томаса (мать которого официально нигде не указана) звали Сэмюэль Арнольд (1740-1783) и он был заметным композитором своего времени.
Георг III.
«Пикантный факт: Георг Третий был самым натуральным двоеженцем, о чем, разумеется, мало кто знал. Еще в четырнадцать лет юный принц Уэльский влюбился в столь же молоденькую квакершу самого простого звания Ханну Лайтфут. Роман длился несколько лет, впоследствии уже «по-взрослому»: Ханна родила Георгу двух детей. А потом они заключили тайный брак по всем правилам.»
А вот это уже «чистый» анекдот, который А. Бушков не преминул подать как «взаправду». Ах, законная жена Георга III – Шарлотта Мекленбург-Стрелицкая, оказывается теперь «незаконная», вследствие этого «законного тайного» брака на квакерше. Вот только «молоденькая» квакерша была на 8 лет старше принца. Впервые этот анекдот ради шутки появился в прессе в 1770 году, и уже в XIX веке получил неожиданное продолжение (которое заслуживает отдельной темы, так как связано с любопытным инцидентом английского самозванства).
Вкратце, в 1755 году английское общество заинтересовалось историей некоей Ханны Лайтфут, которая в конце 1753 года, без ведома матери внезапно выскочила замуж за бакалейщика Исаака Эксфорда, а уже к началу 1755-го, также внезапно и по-видимому без каких-либо оснований, сбежала от мужа неведомо куда. Семья (мать и тетя) Ханны тоже ничего не знали о беглянке. В 1759 году ее брошенный муж Исаак женился повторно, хотя его первая жена так и не была официально признана пропавшей без вести.
В 1770-ом году какому-то шутнику, раскопавшему эту историю, не в добрый час, пришла в голову шальная мысль как-то увязать эту пропажу с королем Георгом III. Дескать это король – в молодости действительно по простоте душевный любивший общаться с простолюдинами и похитил Ханну, да еще и тайно женился на ней, произведя в этом союзе двух сыновей.
«Трудно сказать, как разворачивались бы события дальше, но тут Ханна как-то очень кстати умерла. Обстоятельства смерти неизвестны, так что каждый вправе выдвигать свою версию… Но горький юмор ситуации в том, что Шарлотта и ее дети оставались в прежнем положении: смерть законной жены не делает автоматически незаконную законной…»
Неизвестно вообще, что случилось с Ханной после ее бегства. «Горький юмор» заключается в том, что если король теоретически и похитил Ханну, то похитил-то он замужнюю даму. И его «тайный» брак ни имел бы в этом случае никакого правового смысла. Но Александр Бушков скромно умолчал о наличии у Ханны настоящего мужа.