Я показывал ему, как хлопаю в ладоши и резко перестав, начинал смеяться.
- Ну смешно же!
На меня смотрели свысока глазами Бога. Такие же слова, из раза в раз:
- Вырос, а умом где-то там...
И палец у виска, всё, как всегда.
- Что, нельзя?
- Да почему же! Просто не так и не каждый день!
- А я каждый день?
Меня раздражало это. Я не мог даже быть. Почему я должен не делать чего-то, только потому что ему это кажется глупостью? Я должен всегда быть серьёзным и думать только о плохом и ни капли дурачества? Ни капли веселья? Никакого смеха ни над чем, кроме того, что тебе угодно и кажется поистине смешным?
Где-то там умирает человек, а я тут прохлаждаюсь и смеюсь со своего пальца? Я должен побежать и помочь умирающему спастись? Но куда бежать? С чем бежать? С иглой или травой?
Напротив меня стоял враг. Я должен был его уничтожить или он уничтожит меня, но моих сил было недостаточно. Я маленький...
Как выйти из ситуации? Как не дать себя тронуть? Как не сломаться...
Если тебя хотят ударить - ударь себя первым. Если тебя хотят оскорбить - оскорби себя первым.
Я отступал назад, высматривая по сторонам подручное средство. Камень подошёл.
Сколько раз я должен ударить себя, чтобы меня увидели?
Один. Два. Он уже ринулся ко мне. Хотел разбить им мне голову, но камень бежал к нему навстречу. Всё потому, что я - без греха.
Я понёс большее наказание, чем должен был. Очень сильно болели руки, левая была чуть-чуть красной. Я не должен получать боль от других, это только моё право.
Я чувствовал опасность, отбывая наказание в углу. Он был на кухне и поглощал вкусную еду, ничего не оставив для меня. Я бы не пережил эту встречу снова, это невыносимо: смотреть в глаза, слышать голос, обрубающий в тебе нити к миру, чувствовать чужое превосходство и свою никчёмность.
Дом находился далеко от леса и времени не оставалось, чтобы собраться, поэтому ногам пришлось несладко.
Чем дальше, тем безопаснее...
Мне показалось, что он сзади и коснулся моего плеча. Здесь опасно, нужно ещё дальше, ещё дальше уйти.
Когда ко мне прикасались, меня окутывала дрожь и страх: что со мной хотели сделать? Я не понимал, чего они хотели этим добиться. Мне больно, когда меня трогают.
Где я нахожусь? Я сплю?
Мои руки лежат на столе. В них забивают гвозди. Я не могу кричать. Это дурачество? Почему мне нельзя кричать? Мне больно. Мои р... руки... мои...
Мне смешно, хотя мою голову разбивают о стену позади. Смех вместе с криком превращается в истерику, но мне смешно. Кол насквозь пронзает рот, но мне не больно. Я всё ещё могу и буду смеяться.
Ха-ха-ха...
Говорили тебе: нельзя смеяться, нужно держать себя в руках. Нужно всегда быть серьезным. Всегда. Никаких хи-хи, да ха-ха.
- Смотри, палец!