Начало
– Ной? – Ася настораживается, и я спешу скрыть свои ощущения.
Моя милая еще не знает, насколько можно пользоваться нашей связью. Она сейчас открыта мне как на ладони, и думает, что я тоже.
Но еще матушка учила нас с братом контролировать подобные узы. Брачные сильнее родственных, но поддаются.
– Все хорошо. – улыбаюсь ей. – Командуй, капелька, все ж это твой мир.
– Капелька? – удивляется Ася
– Прости… – я не называл ее так, может, не понравилось?
Хотя узы лишь удивленно застывают. А потом взбрызгиваются радостью, вторя ее сияющим глазам.
– Мне нравится. – льнет она тихонько. – Просто ты раньше не говорил…
– Теперь буду.
Как же не хочется ее выпускать из рук!
– Ну, хватит вам уже! – ворчит песчанник. – Развели тут нежности потоп.
– Если бы ты не забрал ее… – поднимается внутри волна ярости
– Так, стоп!
Ася решительно обрывает начинающийся спор. Я чувствую, что она тоже недовольна джинном, но относится к нему достаточно снисходительно. Я же не могу вот так просто прощать. Хоть и все понимаю.
– Разбираем по полочкам. – строго смотрит она на Виста. – Мы слишком долго не виделись с Ноем. Соскучились. Это раз. Узы были заблокированы – это тоже роль сыграло. Это два. И три – она усмехается, – не завидуй, Азик, не завидуй!
О, перекошенное лицо Правителя Пустыни я не забуду никогда! Надо будет потом Ами с Сеем рассказать. Когда вернемся. Если вернемся…
Думы вновь омрачаются реальностью.
– Мы вернемся. – тихо говорит мне Ася. – Обязательно вернемся. В наш милый Дом. В наше Озеро.
Что ж, мне остается только обнять ее покрепче.
– Ну а пока, давайте придумаем, где спрятаться. – Ася задумывается. – Когда я пришла домой, то заглянула, пожалуй, везде… кроме… – она хмурится, вспоминая. – Кроме балкона. Точно! Балкон.
То, что она назвала балконом, вызвало у нас с песчанником, по крайней мере, глубокое изумление. Пространство на два шага, огороженное хрупким стеклом.
– Как ты тут живешь? – оглядывается осторожно Вист и выглядывает в окно, замирая. – Как удивительно.
– Что именно? – девушка роется в шкафу, ища подходящую одежду. Пока – только себе. Кстати, не забыть сказать этому… Андрею… куда я его отправлю, стоит ему ляпнуть что-то в сторону Аси. Кажется, тут, как сказала моя милая, десятый этаж?
Пока она занята, я сажусь на диван, рассматривая ее жилище. Светлые стены. Приятный оттенок. Мебель из темного и светлого дерева, тонкого. Кажется, это все же не совсем дерево. Но цвета – мягкие, приятные глазу.
На полу ковер. Не такой, какие бывают у песчанников. Он однотонный, с длинным ворсом, белый.
Я знаю, как можно украшать свой дом. У меня – все довольно просто. Хотя, при желании, можно и вычурности добавить. Но, как сказала однажды Ася – “пафос, это не мое”. Брат же любит все, в чем есть намек на волну. И да, синий цвет тоже любит. Лишь Ами со своим безупречным вкусом добавляет цветов в его морские тона. Ася же – светлая. И квартирка ее – такая же. Светлая, хоть и небольшая, чистая. Аккуратная.
Моя милая подбирает себе одежду. На ее кухне мне слышится шум кипящей воды. А я вдруг смотрю на жену, и мне становится горько.
Она еще сама не заметила, как изменилась. И нет, дело не в том, что ее волосы стали темными – узнаю фирменную краску песчанников, – а кожа смуглой – ореховое масло, да. На дне ее глаз мне чудится боль, страх, и яростное отчаяние. Нет, конечно же, я люблю ее, как бы она не выглядела, какой бы не стала.
Но мне горько оттого, что я допустил это. Допустил ситуацию, в которой моей капельке пришлось выживать. Я знаю такой взгляд. Он бывает у тех, кому пришлось сражаться за свою жизнь, за свою свободу. У тех, кому пришлось противостоять сильным переживаниям, противостоять самому себе.
Я знаю.
Потому что порой вижу такой взгляд у себя.
Но Ася. Почему она? И как мне ей объяснить свою ошибку? Как объяснить, почему я не пришел за ней, когда она нуждалась?
Я виноват. И никакие обстоятельства не смягчат этой вины.
Но она жива. Она со мной. И это главное. Она должна быть счастлива, не должна сражаться, не должна выживать. Она – моя жена. Пускай остается такой же светлой и чистой. Так долго, насколько это возможно.
– Ной? – моя милая стоит передо мной, смущаясь. – Как тебе?
Я выныриваю из своих мыслей и обращаю внимание на ее одежду. Несомненно, она прекрасна для меня, в чем бы ни была. Но сейчас…
Моя маленькая ундина. Светло-зеленое платье разлетается у ног брызгами, нежно облегает хрупкие плечи, обнимает спину. Оно простое. Как и моя Ася. Но, как и она сама – глубокое, имеющее еще и скрытую красоту. Ту, что не разглядеть за внешней, пусть и привлекательной, оболочкой.
– Заберем его домой? – предлагаю я ей. – Очаровательно.
– Я или платье? – смеется жена.
– Ты. – Отвечаю ей. – В платье. В любой другой одежде. Неважно.
Она вновь смущается.
Прелестно.
– У нас есть время, так что давайте немного…
– Ася!
Продолжение
