С приходом осени, нервозность Ирины возросла.
Причём никто ни словом, ни жестом или иным каким поведением никак не показывал что что-то не так! А внутри Ирины стыло и переворачивалось какое-то предчувствие.
Хотя в деревне всё было как обычно. С приходом осени начали делать запасы на зиму. Свекровь поведала ей, что по некоторым признакам зима очень снежная будет, поэтому лучше запастись необходимым заранее. Ирина же тяготилась неясным чувством тревоги. Но ей неожиданно понравилось бродить по осеннему лесу. Он словно успокаивал девушку, роняя на неё разноцветные листья, укрывая землю пёстрым ковром.
Ирина максимально старалась избегать общения с родственниками, которые продолжали дружелюбно скалиться при виде неё. Она радовалась только когда домой приходил муж.
Это было странное чувство, но она ощущала себя осколком, от чего-то целого. И муж ощущался точно так же. Не взирая на его угрюмость и замкнутость, он молчаливо словно поддерживал её. И только в его присутствии она чувствовала себя неожиданно сильной, у неё появлялись силы не обращать внимания на напускное дружелюбие деревенских.
Она умела молча настоять на своём. Это был хороший метод борьбы с собственной матерью, и Ирина привыкла наклонять голову. и молчаливо стоять на своём.
Сделав все дела по дому, она теперь уходила в лес, вооружившись корзинкой.
Конечно, никто ей и слова поперёк не говорил, за эту её манеру. Так как лес она не знала, она старалась далеко не уходить, и теперь зачастую возвращалась, когда сумерки становились совсем тягучими и тёмными. Но возвращалась она к кузнице, ставила тяжёлую корзинку, и ждала мужа. Он выходил, молча брал корзинку, и они вместе шли домой. Иногда перебрасывались ничего не значащими фразами. Но обычно молчали. Уже дома, на их половине, при свете свечи, Ирина перебирала лесную добычу.
А утром начиналась уборка, затем стирка, потом готовка, а потом побег в спасительный лес. Свекровь по-прежнему брала на себя работу по дому, и её не неволила, но теперь это ей казалось странным. Разве так свекровь ведёт себя по отношению к невестке? Конечно, бывало, когда свекровь принимает чужую девушку, словно родную дочь, но это было так редко. И тут явно было не так. Ирина видела, как иногда в глубине чужих глаз возникает непонятное выражение неприязни. Но её рот продолжал складываться в улыбку. Иногда у Ирины складывалось ощущение, что это были куклы. Но она быстро отгоняла от себя эти мысли, потому что они были глупые.
А осенний лес разглаживал её мысли, успокаивал, вносил порядок в её разбушевавшиеся чувства.
Хотя свекровь, в последние несколько дней, просила её не ходить далеко, а особенно в сумерках. И сквозь напускное дружелюбие, у неё проступала вполне ощутимая тревога.
***
Она брела по едва заметной тропинке, любуясь кривыми пальцами ветвей, и шурша листьями. В лесу сегодня вечером было поразительно тихо.
Серый воздух наполнял пространство вокруг, хотя до заката было ещё часа три.
Ирина медленно шла, погружённая в свои мысли.
Странное ощущение, словно она была не нужна и тогда, дома, и здесь словно была отрезанным ломтем.
Хотя дома была а мать, а здесь был теперь уже муж, которые давали ей чувство хоть какого-то спокойствия.
Ирина иногда останавливалась и приседала. Крепкие грибы с красной шляпкой словно сами шли к ней в руки. Снова придётся нести тяжёлую корзинку в деревню. К слову, в руки ей шли именно эти грибы. даже не взирая на то, что по ночам уже становилось ощутимо прохладно. Но дары леса можно было собирать ещё долго, вплоть до первых морозов, наверное. Она не особо, до переезда сюда, интересовалась сбором ягод и грибов, предпочитая уделять время рукоделию и домашним делам.
А ещё она скучала по матери.
Не взирая на скандалы между ними, они всё равно были близки между собой. Да и какой ребёнок не скучает по своей матери?
Ирина тяжело вздохнула и отвлеклась от своих мыслей, когда впереди мелькнуло что-то яркое. Она удивлённо подняла голову - она как раз присела, что бы собрать очередной гриб. Ей немного укрывал тёмный ствол дерева, и она посмотрела вдоль тропинки. Там, в нескольких сотнях шагов, стояла женщина в ярком, зелёном платье. Она прежде никогда не видела таких. Оно не было пышным, но плечи были открыты, и оно словно струилось вокруг женской фигуры. Как будто невидимый ветерок шевелил подол, заставляя зелёную ткань переливаться от сочного зелёного, до бледного. Её кожа была очень бледной, словно она никогда не видела солнца. Волосы были всклокочены и коротко обрезанные. каштанового цвета. Рот выделялся алым пятном на бледном овале лица, словно был измазан в красном, ягодном соке. А верхняя часть лица была надежно скрыта под зелёной же тряпкой.
Ирина видела женщину с поражающей чёткостью, и внутри поднимался страх. Она чувствовала, что эта женщина не отсюда. Что не стоит попадаться ей на глаза. Особенно пугали длинные ногти на её, худых пальцах, походящие больше на когти хищной птицы.
Женщина стоял, медленно поводя головой из стороны в сторону. И чем дольше Ирина вглядывалась в неё, тем больше в той становилось меньше красивого. Даже её чудесное платье уже было не таким струящимся. Плечи были настолько худые, что можно было разглядеть каждую косточку. Женщина медленно шла по тропе, высоко поднимая босы ноги. Платье цеплялось за кусты, словно те специально пытались ухватиться за него.
Ирина прикусила губу и спряталась за дерево, чувствуя, как в груди глухо бьётся сердце. Последний раз она так испугалась, когда повстречала медведя. Она тогда ходила полоскать бельё на реку, а косолапый решил перебраться на другую сторону именно тут. На девушку он не обратил никакого внимания, но натерпелась страху она на несколько лет вперёд.
А теперь, это тяжёлое и ледяное чувство возвратилось в её грудь, утяжелило конечности.
Она кусала губы, понимая, что нужно бежать. Что-то ей подсказывало, что женщина её не увидит, но может услышать. Может это ей говорили мутные, полузабытые сказки, которые рассказывают бабушки и прабабушки своим внукам? Ведь сказка - это отличная возможность предостеречь нерадивого потомка от ошибок. Она не могла точно вспомнить, но её подсознание говорило о том, что нужно бежать, как можно более бесшумно. Особенно пока эта женщина так далеко.
Ирина постаралась сконцентрироваться и вспомнить, в какую сторону возвращаться к деревне. Страх путал мысли. Заставлял её забыть дорогу.
Ирина аккуратно выглянула из-за дерева, и увидела, что женщина повернулась в её сторону. Чуть повернула голову, словно прислушивалась. А вдруг она может услышать лихорадочный стук её сердца? Или различить ток крови по венам? Или услышать вмиг охрипшее дыхание?
Ирина развернулась, забыв мигом про корзинку с грибами и быстрым, как можно более аккуратным шагом отправилась обратно. Она плохо соображала и всё никак не могла понять, насколько далеко она забрела от деревни. Из-за её спины раздался громкий, душераздирающий крик. Так кричат в самую последнюю секунду, переполненные отчаянием лёгкие выпускают из себя воздух со всей возможной мощью. Ирину словно хлестнуло в спину горячее ощущением беды, вцепилось в загривок ледяными когтями, и женщина побежала.
Побежала так, как никогда не бегала.
И даже сквозь собственное дыхание и стук сердца, она слышала шуршание чужого платья. Женщина в зелёном услышала её, и теперь хотела догнать. Ирина не могла бежать быстро, листья словно специально цеплялись за её ноги, облепляли щиколотки, затрудняя движение. Деревья казались одинаковыми, тянули к своей ветви. Толи защитить пытались, толи остановить. За спиной Ирины продолжал раздаваться душераздирающий крик. Он хлестал её в спину, пока она не споткнулась о коварный корень, который спрятали листья.
Удар о землю вышиб из неё дух, и Ирина задохнулась. Перед глазами потемнело, а когда зрение прояснилось прямо перед её лицом она увидела чужие ноги. Зелёное платье вблизи оказалась ободрано почти до самых коленей. Оно уже не струилось, а висело лохмотьями.
Ирина с трудом села, держась за грудь и поднимая взгляд на женщину в зеленом. Да, вблизи она оказалась совсем.... не такой, как издалека. Словно она была нищ енкой. которая долгое время бродила по лесам. Но от неё веяло... не таким. Нереальным. Тем более этот оглушающий крик... А ещё Ирина увидела, что женщина в зелёном плачет. Слёзы текли по её грязным, впалым щекам, и против собственной воли, Ирина спросила:
- Что с тобой?
Часть 3 (30.12) \ КАРТА КАНАЛА
#рассказ #проза #мистика #сверхъестественное
