Я недавно в одной из статей упоминал такое явление в российской истории, как “ересь жидовствующих”.
Соборы по ней кучу решений принимали, людей в клетках на глазах у правящих особ сжигали. А потом академик А. И. Соболевский заявляет, что вопрос сущности её по скудности наличных данных должен считаться неразрешимым . Но я таки попробую поговорить за эту “ересь”. С одной стороны, я остаюсь твёрдо убежден: зачастую слово “жидовствующие” использовалось как сейчас — “экстремизм”. Тут тебе и оскорбление, и донос в одной упаковке. Но что вызвало к жизни это слово и сделало его оскорблением? Рискну предположить примерно, как в анекдоте: геолог увидел, что чукча пилит сук, на котором тот сидит, и говорит ему:
— Не пили, упадёшь.
Тот, естественно, продолжил пилить и в скором времени грохнулся на землю. Встал, потирая точку опоры, и говорит:
— Как он сделал, чтобы я упал? У-у, шаман проклятый! Россия в момент начала борьбы с “жидовствующими” жила по византийскому летоисчислению. 1492 год, по