После Севера мне выпала честь устроиться в колхозный гараж. Я сельский житель, и хотел жить в сельской местности. Снова пришлось вживаться в коллектив колхозного гаража. Сразу стало ясно что здесь меня ни кто не ждал. Но это был совсем другой человек. Парень который покинул Кубань в 1975 году (призвали в армию), закалился появилась уверенность и не большой жизненный опыт. У него была семья, свой дом, и новая только с завода личная машина ВАЗ–2107. Позади остались армейские будни, дороги Сибири. Карьеры и зимники Якутии. Вот я и дома. Всё что хотел получил, но жизнь продолжается нужно работать, поднимать детей кормить семью. Работу дали не пыльную, водителем скорой помощи на ГАЗ–69. В тот момент было всё равно, по опыту знал, что не всё сразу. Да и осмотреться, требовалось время. Сразу обратил внимание что водители живут и работают не единым коллективом. Колхозный гараж был разделён на группы. Спецмашины это топливо заправщики, машины ТО для проведения технического облуживания техники не посредственно в поле. Лёгкая кавалерия, это автомобили ГАЗ–53 и ГАЗ–52 на таких машинах работала в основном молодёжь. Особо выделялись Камазисты, и примкнувшие к ним водители ЗИЛов. Не отставали от них водители автобусов, колхоз большой автобусов было много.
В районе был создан экспериментальный агропромышленный комплекс "Кубань". Сокращённо АПК. В холдинг вошли все сельские хозяйства района. В течении года была замена всей техники и автомобилей на новые. Тракторные парки и сельские гаражи получили новую технику. Новая техника в хозяйствах была в районе 90%. АПК занималось выращиванием и переработкой сельхоз продукции. Всё выращенное перерабатывалось на месте. Были построены новые перерабатывающие заводы. АПК набирало силу. Продукция выпускалась высшего качества. В тот момент когда я появился в колхозном гараже, средний возраст автомобилей был около пяти лет. Подводил автобусный парк, свежих автобусов было мало. Молодёжь на ГАЗ–53, вырезала заводские глушители на выхлопной трубе и врезали Камазовские ресиверы. Потом стояли и слушали выхлоп. Выхлоп получался красивый со свистом. Даже своё начало вспомнил в совхозном гараже. Вот такая получалась картинка. Начал приглядываться к автобусам, они выезжали с гараже первыми, а заезжали последними. Работали на них в основном опытные водители.
В удостоверении водителя были открыты все категории, мог поехать на любой машине гаража, а ехал на ГАЗ–69 без буквы А. С окладом 80 рублей. Приятно было после 1000 рублей в месяц на Севере. Знал на что шёл. Это Кубань. Было два пути, идти самому или давать. Давать было что и это знали. Видимо терпеливо ждали. Где наша не пропадала, решил идти сам. Не привык зависеть от обстоятельств. На КАМАЗ шансов не было это понял сразу. Зашёл однажды в Камазовский и Зиловский бокс. Видимо кому-то это не понравилось. Выбежал возрастной шкет, и начал запугивать, что я попал не туда. При этом танцуя и кривляясь. Улыбнулся, взял его двумя пальцами за пуговицу, и тихо так сказал: – Извинитесь, пожалуйста! – Вы не поняли кто сюда зашёл, в боксе темно и плохо видно. – Извините! И шкет убежал. Водители засмеялись. – Ребята, давайте жить мирно! – Иначе завтра вы будите спрашивать у меня разрешение, что бы зайти в этот бокс. – Это не "понаехав" я его знаю, зря он говорить не будет! – Сказал мой земляк по совхозу, с которым росли вместе. Всё успокоилось. На ГАЗ–53 не хотел сам, всё таки молодость осталась в холодных краях. Хотелось спокойной работы с хорошей зарплатой. Остался автобус. Как я туда попал, было написано раньше. Спасибо за внимание!