Когда я еще работал участковым психиатром, привели ко мне молодого человека. Назовем его Олег. Высокий, худой и бледный, со взором горящим и явной настроенностью против меня. По его напряженному выражению лица сразу было видно, что он готов защищаться до последнего вздоха и не дать себя в обиду злобным психиатрам. Еще до визита, мама рассказала мне по телефону, что её сын уже несколько лет сидит в своей комнате, не работает, пищу из ее рук не принимает, а последнее время явно пытается от кого-то защищаться: оклеил стекла в комнате светоотражающей пленкой, даже выходил из дома и купил каких-то проводов и крепит их к потолку, не объясняя, зачем. Раньше к психиатрам никогда не обращались, боялись учета, но он почти перестал кушать, мы хотим ему помочь, а Скорая без направления не берет, он с ними вроде нормально разговаривает. Пациент на контакт особо не шел, отвечал односложно, выборочно и неохотно, периодически озирался и стрелял глазами в потолок и окно. Ну мне, в принципе, было с