В чем разница между тремя великими новоевропейскими литературами - французской, английской и русской?
Французская литература - это литература писателей. Вы знаете кто такие Стендаль, Жорж Санд, Бальзак, Флобер, Гюго, Золя...
Но, положа руку на сердце - много ли вы помните тамошних литературных героев? Кого вы помните в "Человеческой комедии" кроме Растиньяка? Что вы можете сказать о Растиньяке? Перечислите дюжину персонажей "Мадам Бовари"? За кого вышла замуж Козетта? Как зовут героя Постороннего? Французские писатели это такие блоки с ясными границами и лишенные внутри всякой структурности. Один негр сочинил роман в котором есть аж 8 запоминающихся персонажей. С тех пор как он нанял себе литературных негров отличить ляжку Портоса от усов Арамиса стало проблематично.
Напротив, английская литература - это литература ярких иконичных персонажей. Робин Гуд, король Артур, Гамлет, Макбет, Робинзон, Гулливер, мистер Дарси, Чайлд Гарольд, Франкенштейн, Айвенго, Бекки Шарп, Алиса, Дориан Грей, Джон Сильвер, Шерлок Холмс, Элиза Дулиттл, Маугли, отец Браун, Человек Невидимка, Питер Пэн, Мэри Поппинс, Винни Пух, Мисс Марпл, Гэндальф и Гарри Поттер.
Английская литература - это литература персонажей, которые, строго говоря, могут быть оторваны от конкретного автора. В сущности - кто угодно может написать роман про Маугли, Хоббита или Гарри Поттера и не факт что получится хуже чем у первого автора. Единственный у кого плохо с запоминаемостью персонажей - Диккенс. Но он видимо сам чувствовал это и называл произведения именами: Пиквикский клуб, Оливер Твист, Дэвид Копперфильд, Домби и сын.
Наконец русская литература это литература произведений. Единицы русской литературы это "Бедная Лиза", а не Карамзин, "Недоросль", а не Митрофанушка, "Горе от ума", а не Чацкий, "Евгений Онегин", а не Онегин и даже Татьяна, "Мертвые души", а не Гоголь, "Идиот", а не князь Мышкин и "Анна Каренина", а не Анна Каренина.
Автор не имеет значения сам по себе. Он имеет значение как автор этих произведений. Герои практически не имеют значения (невозможно себе представить продолжение романа про Онегина или "Наказание и преступление. Старушка наносит ответный удар"). Имеет значение конкретное произведение с его названием, сюжетом, композицией, моралью.
Единственный, кто чуть выбился из этого ряда - Тургенев у которого Базаров с лягушками перевесил "Отцов и детей", но вопрос "Кто написал "Муму"?" и его возвращает в общую канву.
Строго говоря, будь у нас десяток настоящих писателей мой тезис можно было бы доказать экспериментально - дать каждому из них переписать по одному классическому произведению русской литературы, можно менять время, реалии, но чтоб оставить сюжет и дух. И вот у половины получатся весьма читабельные произведения.
Вы меня спросите а как с немецкой литературой? Отвечаю: нет у немцев никакой литературы. Поэзия есть, а литературы - нет. После Гофмана немецкая литература в непоэтической части всегда оставалась второразрядным явлением, крепкими середнячками. Не согласны - идите читайте Генриха Манна.
Вы меня спросите как с американской литературой? Отвечаю. Американская литература это склад киносценариев. Еще кино не было, а Том Сойер - это уже киносценарий.
И еще добавлю о русской литературе. Если английская литература она об аристократии, то русская - о частном человеке, который оказывается между жерновами больших организаций и социальных структур. Русская литература создавалась в мире должностей и званий. Но её главный герой Человек Без Должности (начиная с Онегина и Чацкого). Этот мир больших сил его должен смолоть и чаще всего с хрустом смалывает (нам аппетитно показывают как именно), Но иногда смолоть не может.
Даже у Толстого история о том же несмалывании или смалывании - и Пьер Безухов и Анна Каренина - "маленькие люди" по сравнению с заданным для них горизонтом.
Самая смешная коллизия русской литературы - это конечно коллизия Ревизора - партикулярный человек, ее главный герой, принятый за начальство. Человек Без Должности принятый за Человека При Должности... В этом - всё.
P.S. Надеюсь читатель воспримет эти рассуждения с улыбкой и здоровым чувством юмора.