В этой части дедушка рассказывает историю маршала Советского Союза Кулика. И ещё одна история о старшине Кривошееве, которого дедушка женил заочно.
Автор воспоминаний - Ходунов Сергей Федотович 1915 года рождения. Написано в 1980-е годы.
Предыдущая часть: К июню 1946 года весь полк был расформирован и отправлен домой. Часть 41
Бывший маршал Советского союза
В декабре месяце 1945 года утром мы пришли в штаб полка и начали работать, оформлять документы. Вдруг открывается дверь и к нам заходят большие начальники - впереди незнакомый генерал-майор, за ним генерал-майор Опякин, командир нашей дивизии, за ними сопровождавшие их командиры, командир нашего полка и другие офицеры.
Я встал и скомандовал всем встать. Затем доложил, что четвёртая часть штаба полка занимается оформлением документов. Они посмотрели, не сказав ни одного слова, развернулись и ушли. Когда закрылась дверь, старший сержант Смыков подходит ко мне и показывает фотооткрытку маршала Советского Союза Кулика. Ему было присвоено это звание в числе первых пяти маршалов перед войной.
Оказывается, к нам в дивизию приехал из штаба Приволжского военного округа с проверкой генерал-майор Кулик. В 12 часов дня всех нас офицеров собрали в дивизионном клубе, построили коробкой и продержали в строю более 3 часов. Кулик делал нам внушение, как мы должны вести себя и как должны выполнять Уставы Красной Армии.
В полку рассказывали, как Кулик лишился звания маршала Советского Союза. Он с войсками Западного фронта в 1941 году попал в окружение, а выходил из окружения без войск. Был переодет в крестьянскую одежду, отрастил бороду и был похож на бродягу. Когда вышел из окружения, об этом доложили Сталину, который приказал, чтобы он явился к нему.
В Москве Кулик привёл себя в порядок и во всей форме явился к Сталину, который спросил, где армия, которой он командовал. Когда Кулик вышел от Сталина, в приёмной с него сняли маршальские погоны, он был разжалован в полковники.
Работая по подготовке войск для фронта, впоследствии Кулику присвоили звание генерал-майора. В этом звании он и приехал к нам наводить порядок.
Старшина Кривошеев
Заведующим секретным делопроизводством в полку служил старшина Кривошеев. По табелю эта должность должна заниматься офицером. Но в период войны была часть, когда офицерские должности занимали сержантский или старшинский состав.
Когда мы находились на территории Польши осенью 1944 года, ко мне обратился старшина Кривошеев, что получил письмо из дома, что жена с ребёнком находится в тяжелом положении и не пользуется никакими льготами как семья военнослужащего. Оказалось, что они не были зарегистрированы в браке.
Я предложил, что давай вышлем документы на Родину с согласием Кривошеева на брак и просьбой от полка, чтобы их зарегистрировали в браке заочно. Так мы и сделали. Через месяц мы уже знали, что органы власти зарегистрировали их брак.
Перед Новым годом - 1946 - уже в Слободском в конце рабочего дня подходит ко мне Кривошеев и просит, чтобы я зашёл к нему на квартиру, что к нему приехала жена и надо это дело отметить.
Когда пришли на квартиру к Кривошееву, на столе уже стояла бутылка водки, 3-литровая банка с пивом и на закуску винегрет. Нас было четверо - я, Кривошеев, его жена и хозяйка дома.
Когда мы справились с этой выпивкой, вдруг открывается дверь, и входит командир комендантского взвода, приносит полграфина водки, банку пива. Мы посидели, справились и с этой выпивкой. Надо было уходить домой, и здесь я вспомнил, что ещё не кричали "горько", по существу я их женил заочно.
После этого на столе появилась ещё одна бутылка водки. После этого наступило такое опьянение, что мы ничего не соображали. Самое плохое, что на закуску был один винегрет.
Когда шёл домой, дорогу я плохо помнил. А когда зашёл в квартиру, спросил: "Лида, это ты?" После этого у меня было сильное отравление, в течение трёх дней была рвота и не шла никакая пища. За всю свою жизнь таким пьяным я был три или четыре раза.
Продолжение следует... (Возвращение на родную Смоленщину)