Есть дни, когда, проснувшись, ты можешь любое количество раз закрывать глаза и снова открывать. С края кровати не оборачиваться на часы. Делая шаги, не задумываться о том куда идешь. Время внутренней свободы. Порой теряется способность его удерживать подольше. Приходят суета и списки.
Этим утром вышел из дома босиком. Этим утром мой дом был в лесу. Маленький дом с маленьким крыльцом с маленькой скамейкой. Внутреннее одиночество в своем прекрасном смысле.
Босыми ногами по немытому с весны полу. Прилипающие крупинки песка и травинки. Рефлексы включают чайник. Подсознание наливает чай и усаживает себя на маленькую скамейку маленького крыльца.
Нет признаков, что время куда-то идет. Деревья и трава циклично раскачиваются под повторяющимися волнами ветра. Вокруг беззвучно. Еще слишком рано. Птицы… они вне времени. Они всегда есть, они сожители времени и сливаются с ним в одно целое.
Этим утром повезло проснуться частью живого мира вне времени, покрытого нетронутой росой и не заполненного человеческими звуками разрушающими спокойствие. Я вышел из дома на крыльцо не человеком социальным, а человеком в себе, мирно смотрящем из себя самого.
Не сразу заметил один непривычный звук. Быстрое тяжелое дыхание. Без приглашения в закрытое забором физическое и в мое внутреннее пространство вторгся пепельного цвета огромный пес. Он сидел напротив крыльца, пытался отдышаться и без любопытства смотрел на меня, в ожидании, что что-то даст толчок любым действиям, чтобы вывести время из равновесия.
Я сел на лавку, поставил чай и показал ему рядом с собой. Он принял мое приглашение подняться. Уселся рядом, деликатно. Сел не прижимаясь ко мне, возможно понимая, что он весь сырой и в земле, и что не стоит вламываться в пространство другого существа когда можно стать его частью лишь присутствием. Он не смотрел на меня, он смотрел как я, в никуда, из себя в окружающий мир. Он лучше нас знает, что значит быть собой, как смотреть на мир настоящим собой.
Я не был уверен в его существовании, не было надобности касаться его. Он мне казался духом этого места и момента, и не было причин превращать его во что-то материальное и разговаривать с ним словами. Этим утром мы смотрим одинаково, дух места и дух человека. Огромный пепельный пес сидит со мной и просто смотрит на мир.
Он так же молча ушел как и пришел. Я остаюсь, пока не потревожит кто-то еще. Весь оставшийся день я буду ощущать компанию пса, что из неоткуда появился, побыл со мной и никуда исчез.