Сама суть криминального кино как такового связана с понятием «смертного греха». Если этот тезис не кажется вам очевидным, то можно привести множество наглядных примеров, которые охватывают широкое нуарное пространство: от последнего фильма с Фрэнком Синатрой «Первый смертный грех» до безусловной классики Дэвида Финчера «Семь».
Именно с подачи сюжета последнего легендарного фильма западное кинематографическое сообщество наивно полагает, что смертных грехов всё-таки семь. А потому формулировку «Восьмой смертный грех» (в частности, как название одного криминального сериала) использует в качестве чего-то, кажущегося в высшей мере остроумным.
Вот не знакомы данные деятели с православной мистикой, иначе бы знали, что в России существует именно восемь смертных грехов. Да-да!!! Именно так. И это не шутка - кроме всем привычных имеется ещё «печаль». Именно об оной наш сегодняшний разговор, поскольку именно этот смертный грех имеет непосредственное отношение к нуару как мрачному метажанру.
Однако надо подразумевать не всякую печаль, а то, что во втором послании Коринфянам именуется «мирской печалью». Есть даже более развернутая формула: «печаль мира сего», что в итоге приводит к смерти. Звучит уже как название криминального фильма. Однако попытаемся разобраться, что это такое и насколько оно причастно к кинематографу.
Печаль сама по себе (вне зависимости от метафизического окраса) является порождением греха. Только в одном случае она способна оный искоренить, в ином - приумножить. Второй случай «нехороших помыслов» и есть «печаль мира сего». То есть сокрушение о том, что вы остались «за бортом» всякого рода сомнительных развлечений и прочих пагубных пристрастий. Так сказать, общество разлагается, но без вашего участия. Ах-ах…
Двусмысленные подтексты и «Девушка на мосту»
Это подобно всякого рода обличителям, яростно бичующих нравы чиновников, мздоимцев и коррупционеров, которые неистовы в своем порыве вовсе не потому, что подобные деяния - это очень плохо, а потому что им, обличителям, самим воровать не дают. Надо отметить, что мотив в некотором сегменте, с позволения сказать, «оппозиции» не такой уж редкий.
Опасная локация, где слишком много юных барышень
В данном случае очень важно понять, является ли криминальный кинематограф содействующим или противодействующим «печали мира сего». А вот здесь нет готового ответа. Всё зависит от того, что превалирует в том или ином фильме: анализ или воспевание? Собственно если кинолента является хотя бы в минимальной степени анатомией «печали мира сего» (равно как её последствий), то в подобных фильмах, как с мистической, так и узкой богословской точки зрения нет ничего предосудительного.