Наш молодой пациент, который так успешно боролся с последствиями серьезного инсульта, не вернулся к нам в отделение реабилитации.
И не вернется.
У него произошло повторное кровоизлияние в мозг.
В первый раз, когда случился инсульт, у него затронуты были важные структуры, которые отвечают за речь и письмо, за движение и возможность выполнять привычные алгоритмы действий. Об алгоритмах этих не задумывается здоровый человек: например, ему легко открыть банку с маринованными огурцами. Или внести наличные в банкомат. Если разрушены связи, что создают единство множества действий, задача становится невыполнимой.
Когда инсульт случился второй раз, кровь попала в желудочки мозга, повредила все без разбору, словно цунами, что накрывает деревеньку, которая только-только начала оправляться от предыдущей катастрофы. В таких ситуациях мозг переходит на аварийный режим, пытаясь выжить на тех крохах энергии, что могут попасть в неповрежденные участки. Человек погружается в кому.
Кома бывает разной глубины — иногда это шаткое балансирование между глубоким сном и дремотой; человека не разбудить, но он реагирует на боль, у него сохраняются «базовые настройки» — рефлексы. У этого пациента кома была глубокой. Он не реагировал на боль, не двигался, «базовые настройки» слетели.
Для врачей это говорит об одном: начался обратный отсчет. Глубокая кома при инсульте почти всегда означает, что человек скоро окажется по ту сторону. Где нет никакой медицинской документации, нет необходимости учиться вставать, нет боли, а есть только память близких.
В этот момент врач обязан озвучить родным: «прогноз неблагоприятный, состояние крайне тяжелое».
Мы, реабилитологи, больше не понадобимся этому пациенту.
Так бывает, что вкладываешь много сил и надежд, и кажется, если б можно было подарить ему донорскую уверенность в своих возможностях, чуть мышечной силы, немножко когнитивных функций, ты бы без раздумий поделилась всем этим, — так вот, так бывает, что усилия врачей оказались напрасны.
Не по вине врачей и не по вине больного.
Просто так сложились обстоятельства, и одним ранним утром таблетки (которые мужчина аккуратно принимал) не смогли противостоять новому подъему давления, сосуд рванул, и в мозге произошла новая катастрофа. Которая перечеркнула для больного все предыдущие усилия и любые возможности вернуться в жизнь.
Она оставила только этот условный таймер, на котором идет обратный отсчет.
***
А у нас в отделении произошел спор. Правильно ли мы сделали, что повели больного по пути восстановления? И не лучше ли было оставить его просто лежать, памятуя о рисках повторного инсульта?
Что лучше — призрачный риск повторения инсульта, который сведет на нет все предыдущие усилия, или жизнь полуовоща в памперсе на больничной койке?
Мое мнение вот какое: окажись я снова перед этим выбором, я снова начала бы реабилитацию (разумеется, с согласия пациента и после информирования его о возможных рисках).
После инсульта у пациента есть «золотое время» — первые полгода, когда мозг максимально отзывчив на то, что мы пытаемся заново вылепить из него. Потом пластичность будет хуже, и к полутора годам почти остановится.
Риски повторного инсульта есть всегда. Даже если врач принял все меры предосторожности, повторный инсульт все равно может случиться. Как произошло в этой истории.
Я точно знаю, что пациент выбрал жить. Он хотел жить качественно. И максимально независимо.
Увы, не все зависит от выбора пациента и поддержки этого выбора врачом.
Так бывает. Это напоминание о том, что мы не боги. А человек — не электронно-вычислительная машина, работу которой можно до последнего знака просчитать и спрогнозировать. В любой истории болезни есть три игрока: врач, больной… и случай.
А еще это напоминание о том, как важно ценить аромат утреннего кофе. Ценить возможность шаг за шагом идти по новенькому, нетронутому утреннему снегу своими ногами. Возможность сжимать бумажный стаканчик здоровой рукой, ощущать его тепло. Возможность работать и быть полезным кому-то. Возможность жить свою простую и маленькую жизнь самому, без больниц, без врачей, без инвалидного кресла, без таблеток.
Помните об этом, пожалуйста.
И будьте здоровы.