О многолетней новогодней традиции - Яна Журавлева.
Раньше, в 1973 -1980 годы, в новогоднюю ночь я была дома с маленькой - ее не с кем было оставить. Мы спали, а утром шли гулять.
В 1981 году меня пригласила приятельница, у друга ее мужа не было дамы. Дочка уже училась в школе и согласилась поехать к бабке и деду - там у нее были друзья и утром мультики по телевизору (у нас телевизора не было).Праздновать собирались в центре, там пожилая супружеская пара уходила на Новый год к знакомым. Но что-то не срослось, и мы вчетвером в двенадцатом часу ночи оказались, бездомные, на Пушкинской площади. Уже никуда не успеть. И меня идея клюнула: «А пошли на Красную площадь? Переулками, короткой дорогой». Так и сделали. В 23.30 уже были там.
А на площади народ кучкуется, там и баян, и кассетные магнитофоны, и приемники. И тебе танцы, и тебе в ручеек играют, и даже "бояре, а мы к вам пришли". Весело, шумно, возраст от 7 до 40 лет. Народу немного, свободно. Еще не было фейерверков и взрывпакетов, но были трубочки, из которых конфетти вылетали, и серпантин был.
В 0.00 все дружно хлопнули пробками (шампанское-то у нас с собой было), выпили, урррра прокричали, пообнимались. И пошли к метро. Мы - по Ильинке. Шли тоже весело, с песнями, плясали по дороге...
С той ночи мы выходили на площадь каждый Новый год. Встречались на Лобном месте. Мой второй супруг, появившийся в 1982 году, присоединился с радостью. Со временем наше окружение обзавелось детками, и отмечать многие стали дома, но на Красную площадь в новогоднюю ночь все равно выходили.
Постепенно Новый год на Красной площади вошел в моду. Появились рамки на вход и на выход. Появились торговые палатки с сувенирами и закуской. Были и файеры, и петарды, которые взрывались чуть не на каждом квадратном сантиметре. Станции метро работали только на выход. Препятствий на пути становилось все больше.
В ночь 2001/02 гг. мы зашли на площадь не по Ильинке от Китай-города, как обычно ходили, а по набережной Москва-реки до Васильевского спуска. Там рамок не было, они были выше, у Собора Василия Блаженного. А обратно спустились к набережной Москва-реки, и пройти по Большому Москворецкому мосту успели до того, как там выставили оцепление. На той стороне тормознули таксиста, и за нескромную плату таксист довез нас до метро "Таганская", откуда мы и поехали домой.
В ночь 2002/03 гг - на вход не работала ни одна станция метро поблизости. И мы вкруговую вышли на Тверскую, и дошли аж до "Маяковской" — ближайшей станции, работавшей на вход.
И вот ночь 2003/04 гг. Мы заказали в столик в маленьком кабачке у Боровицкой. Проводили там старый год. Вышли. Глянули на море человеческих голов. На рамки впереди. И сказала я: «Нефиг нам толкаться и прорываться сквозь препоны. Куранты услышим, фейерверки увидим». И взобрались мы на лестницу Пашкова дома примерно до середины. И услышали треск, и увидели блеск, и пошли себе вверх по Знаменке, переулком свернули на Большую Никитскую, а уж по ней до самого метро "Баррикадная". Ближе все равно ничего на вход не работало. Там и разъехались. И решили мы, что нам уже слабо половину ночи плясать и прыгать, а особенно тяжко до дома потом добираться. Решили мы, что нам и у себя петард достаточно.
В феврале 2005 года я осталась одна. И больше на Красную площадь не выходила. И с тех пор я в новогоднюю ночь спокойно засыпаю в своем логове под блеск и треск за окном. И преотлично себя чувствую.