Найти в Дзене
Оксана Нарейко

18 декабря. Парочка незаконченных историй

- В дорогу меня позвал запах, - задумчиво сказала странная Елена, та которую привел Крошка и которой наш сосед Викентий Валерианович подарил бабушкины серьги. Елена была немного странной, мы не чувствовали ее, не ощущали. Она была словно старое, туманное зеркало, в котором не увидишь ничего, лишь иногда тусклый отблеск пламени. Вы не совсем понимаете о чем мы? Люди называют это эмпатией - способность чувствовать то, что ощущает другой человек. Но это немного неправильно. Мы задумались, разглядывая Елену. В ней не было прозрачности и ясности, словно ее суть кто-то маскировал, словно ее... защищали? Странная мысль. От кого или от чего? И почему она наконец-то прервала свое молчание? Мы не очень обрадовались этому, так как хотели послушать Ларионову, они с бабушкой снова шептались на кухне и мы снова немножко подслушали их. Да, да, знаем, что это уже во второй раз и очень нехорошо, но, с другой стороны, у нас есть на это право, ведь именно мы бегали ночью на болото, чтобы бросить в его ж
Петер Мёнстед. Источник - интернет
Петер Мёнстед. Источник - интернет

- В дорогу меня позвал запах, - задумчиво сказала странная Елена, та которую привел Крошка и которой наш сосед Викентий Валерианович подарил бабушкины серьги. Елена была немного странной, мы не чувствовали ее, не ощущали. Она была словно старое, туманное зеркало, в котором не увидишь ничего, лишь иногда тусклый отблеск пламени. Вы не совсем понимаете о чем мы? Люди называют это эмпатией - способность чувствовать то, что ощущает другой человек. Но это немного неправильно. Мы задумались, разглядывая Елену. В ней не было прозрачности и ясности, словно ее суть кто-то маскировал, словно ее... защищали? Странная мысль. От кого или от чего? И почему она наконец-то прервала свое молчание? Мы не очень обрадовались этому, так как хотели послушать Ларионову, они с бабушкой снова шептались на кухне и мы снова немножко подслушали их. Да, да, знаем, что это уже во второй раз и очень нехорошо, но, с другой стороны, у нас есть на это право, ведь именно мы бегали ночью на болото, чтобы бросить в его жадную, бездонную пасть шкатулку, полную тоски и горечи, вы думаете, это плевое дело для волков? Ошибаетесь! Даже нам было страшно, ведь мы несли не простую коробочку, а запертые слезы, которые всеми силами рвались обратно, к хозяйке, поэтому мы теряли дорогу и шкатулку, один раз на нас напал морок медведя, мы даже отвлеклись на него и побежали, но потом вспомнили, что все порядочные медведи давным-давно спят в берлогах и видят во сне жирного лосося и сладкую малину, а непорядочных медведей у нас не водится. На нас кричал Леший (тоже морок, Леший сопит под медвежьим боком и грезит о наивных грибниках, которых так весело водить за нос и корзинки), огрызались кроткие белки и уже перед самым болотом нам показалось, что на нас грозно рявкнула наша матушка, обзывая негодными мальчишками. Мы все это преодолели и когда шкатулка с мерзким "чвак!" погрузилась в голодное болото, мы почувствовали, как облегченно вздохнула Ларионова и как Алексу приснился прекрасный сон про маленькую сестренку и ее хранителя - серого котенка, которого, как понял Алекс, должен будет найти именно он - старший брат. Болото волновалось, плевалось вонючими пузырями и смердило болотным газом и мы поняли, что горести Ларионовой пришлись ему по вкусу и что скоро от них не останется и следа.

Мы побежали домой и, как мы и предполагали, бабушка и Ларионова тихонько секретничали на кухне.

- Я одного не могу понять. Он же все видел, почему он меня не предупредил? Почему позволил моему сердцу страдать? Разве любовь - это не защита любимого от любой напасти? - допытывалась Ларионова у бабушки, а мы подумали, что только она, бабушка то есть, и способна ответить на такие важные и серьезные вопросы.

- Прости меня, но ты задаешь очень глупые вопросы! Нет, не обижайся пожалуйста, я понимаю, почему тебе так хочется услышать ответ именно от меня, - бабушка улыбнулась и налила Ларионовой чашечку чая с чабрецом и зверобоем. Мы загордились собой, ведь эти травы мы собирали, вернее, выискивали самые сильные, наполненные жизнью и светом и, что самое главное, жаждой жизни.

- Тебе хочется услышать подтверждение своих мыслей. Хорошо. Я озвучу их, - спокойно сказала бабушка, сделала глоток чая из чашки и продолжила говорить так гладко и красиво, что мы заслушались:

- Во-первых, тогда у тебя не было бы Алекса. Ты бы пожертвовала им ради спокойствия сердца? Нет, конечно! Мы обе это знаем. Ты чувствовала, что он должен родиться. Помнишь, я говорила о судьбах, что словно высечены в камне? Не изменить никак, ни за какие молитвы или жертвы? Судьба Алекса такова. Нет, не бойся, милая, он не умрет, я про саму его жизнь. Он должен был появиться на свет. Думаю, ты еще будешь гордиться своим сыном. А во-вторых, ты выросла в своем страдании. Скажи, что ты сейчас чувствуешь?

- Тепло, жар в груди, но они другие, они не несут разрушение, вроде как огненный цветок расцвел вот здесь.

Как мы поняли, огненный цветок поселился в сердце Ларионовой. Да, да, мы не только подслушивали, но и подглядывали, признаемся, мы умеем быть незаметными.

- Запомни это ощущение, это действительно цветок, он дается в награду за страдания, которые ты выдержала с честью.

- Как будто бы у меня был выбор! - усмехнулась Ларионова.

- Был. Выбор есть почти всегда, просто иногда ты и представить себе не можешь, что можно поступить как-то иначе. Ты изменилась, пройдя через эту боль и поверь мне, это была еще и не боль. Потом ты усмехнешься, вспомнив ее. Нет, нет, я не умаляю твои переживания, просто каждому испытанию свое время. Ты стала сильнее. Вот зачем все это было. Ты довольна моим ответом? Он совпадает с твоим собственным?

Ларионова кивнула и снова расплакалась. Но мы видели, это были правильные слезы, смывающие остатки тоски и печали. Нам бы хотелось узнать обо все поподробнее и мы надеялись, что этой ночью Ларионова или ее черт Арсений Петрович возьмут слово, но тут эта Елена начала свой рассказ. Что ж, как говорит бабушка, есть такая судьба... Мы перестали расстраиваться и стали слушать Елену.

- Я родилась весной и поэтому люблю ее больше всего. Я помню свои детские ощущения перед днем рождения. Я лежу в кровати и не могу заснуть, потому что завтра, прямо с утра, я начну получать подарки и поздравления. Я уже перерыла все шкафы и знаю, что мама подарит мне, но папа был умнее и прятал свои подарки на работе, поэтому я волнуюсь и пытаюсь угадать, что же он мне приготовил? И это томление, ожидание сопровождается запахом весенней грозы, знаете, когда природа оживает, радуется, воздух словно напитан самой жизнью, он непередаваемо прекрасен! Я, наверное, немного путано объясняю, это не передать словами. Я даже долго искала духи, которые хоть немного бы напоминали тот самый запах... Увы, не нашла и с нетерпением ждала весны каждый год.

И вот представьте: пару недель назад меня окутал этот аромат ожидания весны. Внезапно, неожиданно напал на меня и поволок куда-то...

Васька фыркнул, мы знали, что ехидное словечко вертится у него на языке, он уже было открыл пасть, чтобы сказать, какой именно аромат и куда может потащить, как вдруг некая невидимая рука взяла его за шкирку, немного встряхнула и аккуратно положила на место. Васька чуть в обморок не упал от удивления и, конечно же, промолчал.

- Я поняла, что это неспроста. Надо сказать, я слегка запуталась в своей жизни. Возможно именно в тот момент вы стали распутывать комок пряжи, ответственной за мою судьбу? - неожиданно обратилась Елена к старухе-тряпичнице. Та промолчала и сделала вид, что она глуха, как спящий в берлоге медведь.

Мы начали ее побаиваться с тех самых пор, как бабушка объяснила нам, что происходит, когда она, не в силах распутать узел, берет в руки ножницы.

- Смерть, - просто ответила бабушка на наш вопрос. - Это не конец, это просто переход из одного состояние в другое. Вот этот переход и страшен своей неизвестностью.

Мы ей не поверили, ей легко было говорить, так как она сама была почти бессмертна и как будто бы с того света кто-то вернулся и рассказал, что там и как. Нет уж, мы решили оббегать старуху-тряпичницу тринадцатой дорогой и дали себе слово, что наша жизнь всегда будет распутанной, то есть не запутанной, дабы наши жизни не стали напоминать комок спутанных нитей и старухе не пришлось брать в руки ножницы.

Мы так задумались о старухе, судьбах и ножницах, что пропустили часть рассказа Елены и огорченно услышали бабушкино привычное:

- Увидимся завтра в полночь!

Порывшись в закромах фейсбука, я все-таки нашла текст, датированный 17 декабря 2019 года, там, где про пряник. Вот он, хоть и с опозданием.

Семнадцатое декабря. Момент, когда во мне просыпается кто-то из моих родственников, я определяю быстро. Психанула, наорала, раскраснелась и хлопнула дверью - привет от дедушки Тимы, улыбнулась обаятельно и получила нужное без особых усилий - вот такой была бабушка Юля, посмотрела недобрым взглядом - вот и папа подтянулся, накормила, приласкала соседских дошколят и кота Мефодия - мама тоскует по земной жизни. А когда я пытаюсь наварить кастрюляку еды, лишь бы было быстро и надолго - это уж бабушка Аня там, в соседнем царстве опять не знает, чем кормить невесомых ангелочков, которые уже пресытились небесной манной и амброзией. Вот она-то и просыпается во мне очень часто, потому что фраза: "Что у нас на завтрак, обед, ужин?" выедает мозг изнутри и не дает спать спокойно:) Моя бабушка, Царствие ей небесное, из своих 79 лет как минимум полжизни провела на кухне. Готовила, подавала, убирала, мыла посуду, а все потому, что сначала была старшим ребенком в многодетной семье, потом раннее замужество, дети, стройка дома, потом постоянные перестройки дома и всегда в семье свято соблюдалось правило: "Накормить всех!" Вот и кормила, проводя около плиты и раковины долгие часы. Устала она страшно. В конце жизни готовила абы как и я ее очень хорошо понимаю, жизнь ее не баловала, она рано состарилась, так и не узнала, что такое спокойное, размеренное житье, постоянно что-то происходило и трепало нервы. Ну, вы поняли. Короче, когда мне говорят, что французы могут неделю готовить какой-нибудь соус, бабушка Аня во мне приподнимает брови и говорит: "Да, что там возиться!" и делает все за полчаса. Я вам сейчас предложу рецепт, вроде бы страшный и напряжный, а на самом деле, в стиле моей бабушки. Рецепт длинный, поэтому даю ссылку, по ней я и готовила этот рождественский пряник. Готовила только один раз, но получилось настолько вкусно и легко, что собираюсь повторить. Это наш безалкогольный ответ штоллену (никогда не пробовала настоящий и все собираюсь сделать), по этому рецепту пряника получается не так уж и много, поэтому если понравится, смело делайте двойную порцию! Никаких комментариев нет, все делала по рецепту. А чтобы вы не скучали и знали, что жизнь - штука непредсказуемая и интересная, посмотрите английскую рождественскую рекламу. Ей, по-хорошему, надо посвятить целый пост, потому что несмотря на корыстные цели заставить купить как можно больше, она волшебна и полна самых светлых чувств. Оставляю вас наслаждаться, а сама иду делать что-нибудь полезное по дому:) Времени для "я сделаю это завтра" остается все меньше!

А сегодня уже 18 и я вовсю паникую, так как снова простудилась (это какая-то нехорошая предновогодняя традиция) и абсолютно ничего не успеваю по дому. Но, как говорила моя бабушка Юля: "Чего этот Новый год встречать, сам придет!" Могу добавить, что самое главное - холодец и оливье, а там уж и шампанское подтянется, и елка, и сам Новый Год!

Восемнадцатое декабря. Как??? Уже 18?!!! Чуть помедленнее, декабрь, чуть помедленнее, дел за гланды (с)! И все равно ведь не переделаю, но все равно помедленнее, жизнь моя, иль ты приснилась мне? (с)

Предзакатное небо было настолько красиво расцвечено розовым, персиковым и ослепительно голубым, что глаз не оторвать! Такое небо бывает только на картинах Рериха или маленьких детей, когда им дарят большую коробку с карандашами и хочется порисовать всеми сразу и восторг выплескивается на бумагу яркими драконами, принцессами в коронах и в волшебных платьях и в таком вот небе.

- Такого неба не бывает, - слышится усталый голос родителя, - давай, я покажу, как надо!

- Нет! Такое, я знаю, - упрямится дитя и продолжает творить сказку, фантазию и мечту, но наступит, почти неизбежно наступит тот день, когда он действительно поверит, что неба такого не бывает, что черным карандашом нельзя обводить контур и много, много разного всякого, что загонит его в рамки. А знаете, как японцы развивают детей? Один из способов - поместить ребенка в пустую комнату с татами, а на этом коврике огромный кусок ватмана, для ребенка, практически безграничный, а к нему много карандашей и мелков и вот ребенок ползает и рисует. Что и где хочет и никто не говорит ему, что изображение надо размещать в центре листа и что розового неба не бывает.

Наша жизнь делится на большое и малое, на работу и семью, на удачу и ненастье, на радости и горе, а мы, а дополнение ко всему этому головосносительному разнообразию, еще и загоняем себя в рамки. Мы загоняем, нас загоняют (почти (с) и тот самый ребенок внутри окончательно уверяется, что такого неба не бывает и что новая машина нужна и шуба и телефон и туфли и на носу очки, а в душе осень (с) и только с приходом интернета и внутренним развитием, вдруг, потихоньку, начинает доходить, что жизнь одна и в одно прекрасное мгновение, развешивая белье, спеша домой или в магазин, ругаясь в очереди или выгуливая собаку, нужно лишь поднять голову и посмотреть на такое прекрасное, волшебное и сказочное небо, которого, как нам говорили, не бывает. Грустно? Немного. А все потому, что я хотела и хочу порекомендовать чудесный фильм, он, вроде бы рождественский, но на самом деле обо всем. Там играет актер, которого я люблю еще с госпиталя МЭШ (фанаты сериала, подтягивайтесь! я его очень люблю!) - Дэвид Огден Стайерз и вот я узнала, что он, оказывается, умер в прошлом году и мне стало очень грустно. Но он остался на пленке, он будет жить практически вечно и если будет настроение, посмотрите этот замечательный фильм - "Как в первый раз". Даю ссылку на кинопоиске, потому что фильм не очень известен. Очень надеюсь, что он вам понравится.

А завтра... посмотрите на небо, вдруг оно будет именно таким, каким не может быть никогда)))