Очень важную для граждан тему поднял Верховных суд РФ, когда пересмотрел судебные решения по спору гражданина и Пенсионного фонда.
Сотрудники Пенсионного фонда посчитали, что выплатили гражданину больше, чем полагалось, и потребовали вернуть все до копейки, плюс проценты за несколько лет ввиду «пользования чужими денежными средствами». Однако Верховный суд защитил права гражданина, при этом объяснив, в каком случае сотрудники Пенсионного фонда могут требовать возврата денег, а в каких случаях — нет.
Для гражданина это дело началось с искового заявления, которое подало к нему региональное отделение Пенсионного фонда, в котором требовали, чтобы гражданин возвратил деньги и проценты за девять лет.
Суть спора состоит в следующем. Гражданин получал каждый месяц специальную выплату на свою дочь с момента ее рождения.
Выплаты производились в соответствии с законом «О соцзащите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС».
Официально получатель выплат считался «постоянно проживающим на территории зоны с льготным социально-экономическим статусом».
Через 4 года папа с дочкой переехали в соседний район. Но в Пенсионный фонд мужчина об этом не сообщил и выплаты ему продолжали поступать.
В 2018 году Пенсионный фонд об этом узнал и сразу обратился в суд.
Гражданин в суде с иском не согласился. Напомнил про специальную статью об этом 1109 ГК РФ. И сказал, что по таким требованиям есть срок исковой давности, который Пенсионным органом давно пропущен. Но суд первой инстанции суд разрешил спор в пользу Пенсионного фонда.
Суд первой инстанции указал, что гражданин проживал в зоне с льготным социально-экономическим статусом, поэтому его дочери каждый месяц производили выплаты.
А как только дочь сменила место жительства, потеряла такое право. Кроме того суд первой инстанции сказал, о не применении ст. 1109 ГК РФ, в которой говорится, какие выплаты возвращать человеку не надо.
Ответчик сам виноват – «не исполнил обязанность известить пенсионный орган». А про пропущенный срок давности суд указал, что пенсионный фонд знал или мог узнать о том, что мужчина с ребенком переехали. Апелляция с такими доводами согласилась.
Однако гражданин обратился в Верховный суд РФ, который разъяснил, что выводы нижестоящих судов основаны «на неправильном применении норм материального права». Верховный суд РФ в своей позиции отразил, что согласно ст. 1102 ГК РФ если гражданин получил что-то без законных на то оснований, это надо вернуть. Исключение из этих правил есть, и они перечислены в другой статье того же кодекса в 1109 ГК РФ.
В которой указано, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: «в качестве средств к существованию» — зарплата, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда. и вообще, деньги, которые «предназначены для удовлетворения потребностей и возврат которых поставил бы человека в трудное материальное положение». В статье есть исключение, когда человеку все же придется вернуть — если получение сумм было результатом счетной ошибки или если это результат недобросовестности самого получателя. Говоря о недобросовестном поведении, Верховный суд РФ подчеркнул — доказывать такую недобросовестность — обязанность того, кто требует деньги.
Суд первой инстанции суд не учел, что согласно ст. 1109 ГК гражданин должен вернуть переплаченные пенсионные деньги, только если будет доказано его недобросовестное поведение или из-за счетной ошибки.
Суд первой инстанции должен был в первую очередь выяснить, была ли со стороны ответчика проявлена недобросовестность. Когда в 2005 году отец подавал заявление о выплатах, был ли он проинформирован сотрудниками Пенсионного фонда, что не вся территория округа считается льготной зоной, и если он уедет чуть дальше, то может лишиться выплат. Все это обязан был по закону доказывать Пенсионный фонд. Но суд почему-то решил, что это должен делать ответчик.
Не согласился Верховный суд и с тем, что пенсионный орган не пропустил срок исковой давности. По положению о Пенсионном фонде одна из его главных функций — контроль за правильным расходованием казенных денег. Суд первой инстанции обязан был определить день, когда Пенсионный фонд узнал про отъезд отца с дочерью.
Почему-то суд первой инстанции не проверил причины, по которым сотрудники Пенсионного фонда годами не контролировали выплаты. Получается, что Пенсионный орган узнал о том, что дочь зарегистрирована по другому адресу, спустя девять лет, когда все сроки были пропущены.
ВС отменил все решения и велел пересмотреть дело.